Домашнее насилие в семье россия

Иностранные заказчики закона о насилии над семьей вышли из тени и бомбардируют Совет Федерации

Битва лоббистов и противников модульного западного закона «о профилактике семейно-бытового насилия», являющемся антиконституционным по своей сути и развязывающем властям и НКО всех мастей руки на «профилактическое вмешательство» в любую семью, выходит на финишную прямую. На этом этапе в ней ожидаемо начинают проявлять себя большие игроки – представители тех самых сил, которые устроили феминистко-гендерную катавасию по всей планете с единственной целью – уничтожить традиционную семью как союз мужчины и женщины, скрепленный узами брака. На прошлой неделе на этой ниве проявила себя международная правозащитная организация Human Rights Watch (далее HRW)– печально знаменитая структура либерал-глобалистов, которую очень интересует соблюдение «прав геев» в Чечне и по всей России, в 90-е интересовали права террористов в том же регионе, а еще ранее – права диссидентов-предателей Родины (организация была создана в 1978 году как оружие в холодной войне Запада против СССР).

В конце 2018 года HRW выпустила доклад с наводящим ужас заголовком «Я могу тебя убить, и никто меня не остановит», в котором на фоне сомнительно трактуемой статистики (частные интернет-опросы российских женщин в регионах и доклад Минздрава и Росстата совместно с Фондом народонаселения ООН) нагнеталась истерия в стиле «каждая пятая женщина в России когда-либо страдала от насилия в семье». «Катюша» подробно анализировала это «исследование» «экспертов» HRW, которые уже тогда четко определили свою задачу: «российский парламент ДОЛЖЕН (кому? очевидно, непосредственно HRW) принять отдельное федеральное законодательство о домашнем насилии и ввести за него уголовное наказание в порядке публичного обвинения» – чтобы государство и третьи лица (в т.ч. – фемо-гомо-НКО) могли возбуждать антисемейные дела даже без участия мнимой «жертвы».

Аналогичные цели преследовал экс-генсек Совета Европы Турбьёрн Ягланд, который в 2017 г. начал брызгать слюной непосредственно перед решающим голосованием за отмену печально известного «закона о шлепках».

«Я призываю вас сделать все, что в ваших силах, чтобы упрочить право российских семей жить без насилия и запугивания. Россия обязана соблюдать Европейскую социальную хартию, в которой содержится требование к Сторонам обеспечить защиту детей от насилия. Россия среди четырех государств Совета Европы, которые не подписали и не ратифицировали Стамбульскую конвенцию (Конвенцию СЕ о предупреждении и борьбе с насилием в отношении женщин и насилием в семье). Данная конвенция устанавливает уголовную ответственность за все акты физического, сексуального или психологического насилия в семье и между бывшими или нынешними супругами и партнерами», – возмущался Ягланд два года назад.

Тогда родительская и патриотическая общественность с боем смогла отстоять семью – уже вступивший в силу «закон о шлепках» был отменен самим депутатом-лоббистом Павлом Крашенинниковым, вместе со спикером Госдумы Вячеславом Володиным получившим нагоняй от Президента под давлением общества. Заметим, тогда в медийном поле общественникам противостояли все те же знакомые лица, двигающие сегодня тему сембытнасилия. «Правозащитники» из HRW и не думали скрывать западных агентов влияния в РФ – в своем докладе они активно благодарили их за пропагандистскую («просветительскую») деятельность по популяризации темы домашнего насилия.

И что же мы видим сегодня? Все те же активистки Болотной, представители «белоленточной контрацептивной оппозиции», юристы признанных инагентами центра «Анна», Консорциума женских неправительственных объединений Алена Попова, Мари Давтян, Анна Ривина, примкнувшие к ним депутаты Госдумы Оксана Пушкина, Ирина Роднина и т.п. деятели радостно анонсируют открытое письмо Human Rights Watch на имя спикера СФ Валентины Матвиенко.

Симптоматично, что о международных обязательствах России напоминает дамочка, которая любила дружить вот с этими персонажами, отметившимися крайней степенью либертарианства и русофобии и уже покинувшими пределы нашей страны. Удивительно, что лоббистская деятельность госпожи Поповой до сих пор не получила должную оценку органов госбезопасности, и она преспокойно получает высокую трибуну на слушаниях по закону о СБН в Госдуме и других органах власти.

Но вернемся к письму «уважаемых» левозащитников. HRW, как и «наши» гендерные феминистки, оказались крайне недовольны редакцией законопроекта, выложенной на сайте Совета Федерации и настоятельно рекомендовали Матвиенко сотоварищи привести его текст в полное соответствие со… кто бы сомневался, – Стамбульской конвенцией по борьбе с насилием в отношении женщин, со ссылками на российские обязательства в ратифицированных РФ международных договорах.

[1]

«Нам известны многочисленные аргументы официальных лиц, которыми они обосновывают свои возражения против выделения домашнего насилия в отдельный уголовный состав или признания его отягчающим обстоятельством. В частности, утверждается, что такой отдельный состав преступления будет дублировать существующие уголовные и административные составы. Выше уже отмечалось, что при этом не учитываются ключевые аспекты домашнего насилия, усугубляющие тяжесть и общественную опасность правонарушения по сравнению с отдельным физическим посягательством.

Следует включить в текущий проект закона всеобъемлющее определение домашнего насилия, включающее физическое, сексуальное, экономическое и эмоциональное насилие. В статье 3 Конвенции Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием (Стамбульская конвенция) предлагается следующая формулировка: все акты физического, сексуального, психологического или экономического насилия, которые происходят в кругу семьи или в быту или между бывшими или нынешними супругами или партнерами, независимо от того, проживает или не проживает лицо, их совершающее, в том же месте, что и жертва. Настоятельно рекомендуем использовать в проекте закона именно это определение.

Восстановить уголовную ответственность за первые побои в отношении близких лиц и перевести все связанные с домашним насилием правонарушения в категорию дел частно-публичного или публичного обвинения. Как отмечалось выше, используемая в делах о побоях и причинении легкого вреда здоровью процедура уголовного преследования в порядке частного обвинения является неэффективной и несправедливой, поскольку бремя доказывания в полном объеме возлагается на пострадавшую сторону, которая самостоятельно должна поддерживать обвинение. Выше уже отмечалось, что этой же позиции придерживаются один из ключевых договорных органов ООН и Европейский суд по правам человека.

Читайте так же:  Связанных с разделом имущества

Ввести обязательное, специализированное образование/подготовку по вопросам профилактики домашнего насилия и реагирования на него для социальных работников, врачей, психологов, адвокатов и других профильных специальностей в соответствии с международными стандартами такой подготовки.

Россия является участником Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, которая обязывает государство обеспечивать защиту от бесчеловечного обращения и посягательств на неприкосновенность личности и на семью, а также доступ к эффективным средствам правовой защиты».

Перчинки этой истории добавляет тот факт, что в 2010 году фонд сатаниста-мультимиллиардера Джорджа Сороса «Открытое общество» ( признан нежелательным в РФ в 2015 году и, как и другие структуры Сороса, официально свернувшие деятельность в нашей стране) выделил HRW грант в 100 млн. долларов на «расширение глобального присутствия» – это самое большое одномоментное вливание средств в истории НКО. Ранее Сорос, назвавший HRW «одной из самых эффективных организаций», входил в ее Наблюдательный совет – вместе с проживавшей тогда в США Марией Писклаковой-Паркер, основательницей печально известного инагента «центр Анна», до сих пор бомбардирующего российские и западные СМИ и депутатов лживой статистикой, в частности мифом о 14 тыс. женщинах, якобы убиваемых ежегодно в российских семьях. Таким образом, главный престарелый спонсор «оранжевых революций» и ярый противник традиционных ценностей продолжает всеми силами и средствами работать над ослаблением суверенитета России. Напомним, в начале 2017 года авторитетное либеральное издание Bloomberg прямо назвало отмену «закона о шлепках» в РФ «отказом Путина от Запада и его ценностей», а также «шагом на пути к идеологическому суверенитету» нашей страны.

Параллельно с этой «бомбой Сороса», запущенной в Совет Федерации, фемоюристы с опорой на своего агента Пушкину в Госдуме уже начали активно вносить правки в законопроект – в частности, отыграв назад совершенно нелепую, поставившую в тупик абсолютно всех формулировку о том, что «семейно-бытовым насилием являются действия, не входящие в состав нарушений и преступлений КоАП и УК». Как сообщает РБК, в новой версии документа охранные ордера и досудебная защита будет распространяться не только на «жертву» домашнего насилия, но и на ее иждивенцев – т.е. на несовершеннолетних детей, если их мать, к примеру, будет признана жертвой. Также Пушкина сотоварищи намерены включить в состав УК новую статью «преследование», согласно которой ищущий примирения супруг будет наказан за «навязчивые переговоры» с «жертвой» либо ее знакомыми в интернете или по телефону.

Охранное предписание, по мнению лоббисток законопроекта, должен запрещать «насильнику» приближаться к «жертве» ближе, чем на 50 метров, а за повторное нарушение предписания «насильник» будет наказан годом лишения свободы. При этом авторы поправок, словно издеваясь, решили отказаться от денежных штрафов, ибо они, дескать, «ударят по благополучию семьи». А заключение супруга в тюрьму на год, по их мнению, надо полагать, никак не нарушит семейное благополучие. Аналогичный законопроект, четко воплощающий в жизнь все требования к России со стороны HRW и «уважаемых гендерных партнеров», над которым ни один десяток лет трудится юрист-спутница иноагентов Мари Давтян, выложен на сайте фемосообщества «Ты не одна». Очевидно, подобный вариант и будет взят прозападным антисемейным лобби за образец.

Во всей этой истории пока остается невыясненным лишь один вопрос – каким же образом госпожа Матвиенко, Совет Федерации в целом и другие госорганы отреагируют на откровенное иностранное вмешательство в суверенные дела России? Валентина Ивановна летом с.г. успела отметиться заявлением о необходимости «изменения патриархального менталитета» россиян, что по сути ничем не отличается от слов Оксаны Пушкиной: «Этот закон (о профилактике СБН – ред.) – из серии борьбы с ментальностью». Матвиенко же в 2012 году буквально за один день подписала у Владимира Путина списанную с европейских методичек «Национальную стратегию действий в интересах детей», которая фактически легализовала в России ювенальную юстицию. Сегодня у нее есть прекрасный шанс исправить эти свои «заслуги» перед Отечеством. Если Матвиенко все-таки решит продолжить игру в ворота защитников традиционных ценностей, когда все маски уже сброшены – что ж, родительская и православно-патриотическая общественность не прекратит борьбу за суверенитет страны и неприкосновенность института семьи

Опубликован текст законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия

Законопроект вводит в правовое поле основные понятия в этой сфере. Прежде всего — само определение «семейно-бытовое насилие». Это «умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления».

Профилактика семейно-бытового насилия основывается на принципах поддержки и сохранения семьи, индивидуального подхода к каждому случаю, добровольности получения помощи жертвами, соблюдения прав человека, а также соблюдения конфиденциальности.

В числе основных мер защиты пострадавших указаны защитное предписание и судебное предписание. В первом случае предписание выносят органы внутренних дел. Причем поводом для принятия профилактических мер может послужить не только личное обращение жертвы, но и сообщения о фактах бытового насилия или угрозе его совершения от граждан, организаций соцзащиты и даже медиков.

Сотрудники органов внутренних дел могут ограничиться профилактической беседой с нарушителем, но если она не возымеет действия — вынести защитное предписание с согласия пострадавших или их законных представителей. Оно запрещает агрессору совершать насилие в отношении жертвы, контактировать с ней любыми способами — лично, по телефону или через интернет и устанавливать ее местонахождение. Предписание выносится сроком на 30 суток, в случае необходимости оно может быть продлено до 60 суток.

«В случае если есть основания полагать, что вынесенное защитное предписание не обеспечивает безопасность и защиту лица (лиц), подвергшегося (подвергшихся) семейно-бытовому насилию, должностное лицо органа внутренних дел вправе обратиться в суд за судебным защитным предписанием», — говорится в тексте законопроекта.

Судебное защитное предписание предусматривает вышеупомянутые запреты для нарушителя, а также другие, более жесткие профилактические меры. Оно обязывает агрессора пройти специализированную психологическую программу, покинуть место совместного жительства с жертвой на срок действия предписания, но только «при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении». Судебное защитное предписание может быть выдано на срок от 30 суток до одного года.

Читайте так же:  Иск о лишении отцовства за неуплату алиментов

На время действия защитного предписания нарушитель ставится на профилактический контроль.

Помимо государственных органов, к профилактике семейно-бытового насилия предполагается привлечь и общественные и некоммерческие организации. Они смогут в том числе «оказывать правовую, социальную, психологическую и иную помощь лицам, подвергшимся семейно-бытовому насилию; содействовать примирению лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию, с нарушителем».

Накануне спикер СФ Валентина Матвиенко анонсировала широкую дискуссию по законопроекту о профилактике семейно-бытового насилия, чтобы он стал «актом консолидации общества, а не причиной раздора». Она подчеркнула, что законопроект ни в коей мере не угрожает семейным ценностям, напротив — их разрушение происходит там, где превалирует бытовое и семейное насилие, где дети растут в недоброжелательной обстановке. По мнению спикера, проявления этого атавизма необходимо не просто пресечь, а изжить, сделать неприемлемым для общественного сознания. «Это только укрепит семью», — заявила она.

«В обществе идет активная дискуссия по законопроекту о профилактике семейно-бытового насилия. Это свидетельствует о большом внимании граждан к данной теме, которая мало кого оставляет равнодушным. Мы видим, что споры не утихают, целый ряд общественных организаций высказал пожелания ознакомиться с законопроектом», — прокомментировала публикацию текста документа вице-спикер СФ Галина Карелова. По ее словам, решено продлить обсуждение до 15 декабря 2019 года. Ранее планировалось подготовить его к внесению в Госдуму до 1 декабря.

Валентина Матвиенко пригласила к диалогу всех, кто заинтересован в качественной доработке законопроекта. В том числе — представителей Русской православной церкви и других традиционных конфессий. Спикер заверила, что все конструктивные предложения будут учтены.

Домашнее насилие в России «Бьёт — значит любит?»

Время чтения: 14 минут

Видео (кликните для воспроизведения).

Россия — одна из немногих стран, где до сих пор не принят закон против домашнего насилия, несмотря на то, что всё чаще можно услышать о женщинах, убитых или искалеченных своими мужьями, или детях, подвергшихся насилию со стороны родителей.

До начала 2017 года статистика таких преступлений в России только росла, 2012 год — 34 тысячи жертв, 2014 год — 42,8 тысячи, 2016 год — 65,5 тысяч. Но в связи с декриминализацией побоев в отношении близких людей в январе 2017 года число потерпевших резко сократилось до 36 тысяч. Домашние побои без причинения серьёзных травм, о которых заявляют впервые, перешли в категорию административных правонарушений и стали наказываться в большинстве случаев аналогично нарушениям за неправильную парковку — штрафом в размере 5 тысяч рублей. Да и практическая реализация данных мер правоохранительными органами носит весьма противоречивый характер …

«Дела о побоях являются сферой частного обвинения. Сами потерпевшие вынуждены идти в суд и доказывать факт насилия. Фактически закон защищает агрессора, а не жертву. Многие такие дела разваливаются, потому что женщина забирает заявление, часто — под давлением партнера. Сотрудники МВД, как правило, разделяют предрассудки о том, что «бьёт — значит любит», а судьи ставят целью примирить стороны, а не предотвратить дальнейшее насилие»

«Бьёт — значит любит» — историческая справка

Выражение уходит своими корнями в древнюю Русь. Многим покажется это удивительным, но физическое насилие мужей над жёнами фактически легализовалось после практически полного искоренения язычества. Считается, что при язычестве женщины имели больше прав.

Укоренилась модель поведения, в обоснование которой легла догма о том, что женщина является корнем зла и источником нечистых сил, для очищения её души и спасения от посмертных страданий мужчина должен поучать и бить свою жену, выражая таким образом заботу о ней. Отсюда вывод: если мужчина не бьёт жену — значит не любит её.

Это нашло своё отражение в «Домострое», своде предписаний и наставлений семейного быта 16 века. Мужьям советовалось «учить» своих жён методами физического воздействия, при этом не рекомендовалось бить по лицу, чтобы с женой можно было появиться в обществе, по животу, если женщина беременна, использовать деревянные и железные предметы, «многие беды от того случаются … у беременных женщин и дети в утробе повреждаются». Наносить удары лучше кнутом, а не кулаками, «и больнее, и наука лучше усвоится. А побивши, приголубить, пожалеть и показать как любишь».

Данный исторически значимый документ фактически закрепляет насилие и рукоприкладство, как одну из основ построения семейной жизни и взаимоотношений между супругами в то время. К счастью, в настоящее время подобные рекомендации никакими нормативными правовыми актами не закреплены, однако пережитки прошлого в сознании современных россиян всё же остались.

Ответственность

Термин «домашнее насилие» в российской нормативно-правовой базе отсутствует, в то время как в других странах мира данная категория правонарушений широко освещена.

Административное наказание

В настоящее время административная ответственность за побои со стороны близких людей (супруга, сожителя, родителей), совершенные впервые и без причинения вреда здоровью, предусматривает один из следующих видов наказаний:

  • административный арест на срок от 10 до 15 суток;
  • штраф от 5 до 40 тысяч рублей;
  • обязательные работы на 60-120 часов.

Домашнее насилие статья УК РФ

Если близкий человек снова поднимет руку, его ждёт уголовная ответственность в соответствии со 116 статьёй Уголовного кодекса РФ (побои) в виде:

  • обязательных работ на срок до 360 часов;
  • исправительных работ на срок до 1 года;
  • ограничения свободы на срок до 2 лет;
  • принудительных работ на срок до 2 лет;
  • ареста на срок до 6 месяцев;
  • лишения свободы на срок до 2 лет.

Названные меры административной и уголовной ответственности применяются в России с момента вступления в силу поправок в Уголовный кодекс РФ от 7 февраля 2017 года (об исключении уголовной ответственности за побои или насильственные действия, причинившие физическую боль, но не повлекшие причинение вреда здоровью, в отношении близких лиц совершенные впервые).

После принятия поправок Генсек Совета Европы направил руководству Госдумы и Совета Федерации письмо, в котором выразил обеспокоенность такими изменениями. В ответ такое давление на Госдуму было названо недопустимым .

При принятии закона депутаты руководствовались тем, что ранее побои, совершённые близкими людьми, наказывались более строго нежели те же самые, но совершённые посторонним человеком: близкому человеку — уголовная ответственность, постороннему — административная. Но принятие поправок не означает, что побои стали легализованы.

Читайте так же:  Чем отличается опека от усыновления ребенка

Мнение общественности разделилось, одни полагают справедливым не привлекать к уголовной ответственности за затрещину или шлепок. Другие напротив считают, что теперь домашние садисты останутся безнаказанными.

А каково ваше мнение на этот счёт? – Пишите в комментариях.

Статистика домашнего насилия в России

«Частичная переквалификация семейных побоев в административные правонарушения введена для «исправления» статистики. Это сделано потому, что в 2019 году правительству надо будет отчитываться по CEDAW (Конвенция ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, ратифицированная СССР в 1982 году)», — полагает руководитель Санкт-петербургского кризисного центра для женщин.

Официальные данные о домашнем насилии в России носят разрозненный характер, однако по ряду признаков можно сделать вывод о том, что оно широко распространено.

По результатам отчета о репродуктивном здоровье населения России, подготовленного Росстатом при поддержке Фонда ООН в области народонаселения и отдела репродуктивного здоровья Центра по контролю и профилактике заболеваний (CDC):

  • При расчете в 16 млн. пострадавших получается, что от насилия страдает каждая пятая женщина в России.
  • Вербальному насилию подвергались в своей жизни более трети российских женщин.
  • О случаях физического насилия сообщала лишь каждая пятая.
  • 4% женщин сказали, что в их жизни бывали случаи, когда их нынешние или бывшие партнёры силой заставляли их вступить с ними в половую связь против их воли.

Интересную взаимосвязь установили учёные между домашним насилием и уровнем образования женщин, так «уровень насилия, которое женщины испытали на протяжении своей жизни или за последние 12 месяцев, снижается по мере роста уровня их образования». Уровень домашнего насилия вдвое ниже среди женщин с высшим образованием по сравнению с теми, кто имеет неполное среднее образование.

Примерно четверть женщин, подвергшихся насилию, заявили, что травма была не настолько серьёзной, чтобы обращаться за помощью или, что это было бы бесполезно и не принесло бы ничего хорошего, 8% думали, что это принесло бы дурную славу семье, 6% боялись развода, прекращения отношений или потери детей, 5% боялись, что, если они расскажут о насилии, то подвергнутся ещё большему насилию.

Пережитый в детстве опыт насилия является признанным фактором последующей вовлеченности в отношения, сопряжённые с насилием.

Каждая четвёртая жертва домашнего насилия никому об этом не рассказывает, в полицию обращается лишь одна из 10 жертв, до суда доходят единицы.

Еще одну страшную цифру можно встретить на просторах интернета — «каждые 40 минут в России от домашнего насилия погибает одна женщина». Впервые она появилась в докладе организации Amnesty International. Однако проверить её достоверность какими-либо официальными данными у нас так и не получилось.

По данным официальной статистики в 2018 году было зарегистрировано 12 516 насильственных преступлений против женщин, 3 260 тяжких и особо тяжких преступлений в сфере семейно-бытовых отношений. С января по июнь 2019 года зарегистрировано 17 301 преступление в сфере семейно-бытовых отношений, 60 % из которых в отношении женщин.

Реальное положение дел оценить весьма сложно, так как достоверной аналитики в настоящее время нет.

Жертвы домашнего насилия – дело Володиной

Члены Совета Федерации всё же не исключают, что в дальнейшем домашнее насилие может быть переведено в уголовную плоскость, причиной тому текущая правоприменительная практика.

Первое решение Европейского суда по правам человека по делу о домашнем насилии уже состоялось. ЕСПЧ обязал Российскую Федерацию выплатить 20 тысяч евро в качестве компенсации морального вреда 6 тысяч евро в качестве компенсации судебных расходов россиянке Валерии Володиной, подвергавшейся насилию со стороны бывшего сожителя и так и не получившей никакой помощи от правоохранительных органов.

ЕСПЧ постановил, что российские власти нарушили статьи 3 и 14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод — о запрете пыток и дискриминации.

Дело Володиной — наглядный пример того, как на практике реализуется защита правоохранительными органами жертв домашнего насилия.

[3]

Бывший возлюбленный угрожал, избивал, преследовал, похищал девушку, публиковал её интимные фотографии, нападал и портил личные вещи, караулил в подъезде, она находила у себя устройства слежки — за три года произошло огромное количество различных инцидентов. Но никакой защиты и помощи Валерия так и не смогла добиться, всё продолжалось снова и снова.

Девушка неоднократно обращалась в полицию, однако дело возбудили лишь по факту публикации её фотографий, квалифицировав это — как нарушение неприкосновенности частной жизни, и спустя несколько месяцев приостановили «в связи с невозможностью установить лицо, подлежащее привлечению к уголовной ответственности».

«Заявленные Володиной В.А. угрозы являются результатом их личных неприязненных отношений, а также ревности со стороны Салаева Р.Э.», — прокомментировали ситуацию сотрудники МВД.

Так может быть, проблема не в законодательстве о домашнем насилии, а в соблюдении и практической реализации правоохранительными органами уже существующих законов?

Валерия Володина была вынуждена уехать из России.

В своём решении ЕСПЧ подчеркнул, «эти пробелы в законодательстве наглядно показывают, что власти не признают важность проблемы домашнего насилия в России и дискриминационного эффекта, который насилие оказывает на женщин».

Закон о домашнем насилии в России

В 2016 году законопроект о домашнем насилии уже вносили в Госдуму, однако он не прошел и первое чтение. Более активное обсуждение необходимости создания законодательной базы в этой области началось после принятия закона о декриминализации побоев в 2017 году. От уполномоченного по правам человека в России неоднократно следовали публичные заявления о необходимости профилактики домашнего насилия и создании федерального законодательства в данной области.

До 1 декабря 2019 года планируется завершить подготовку законопроекта о семейно-бытовом насилии, который будет включать в себя в том числе и психологическое насилие. Законопроект направлен на защиту не только женщин, но и детей, инвалидов и пожилых людей.

Среди интересных моментов, которые вероятнее всего будут присутствовать в проекте закона, можно выделить следующие:

  • официальное закрепление понятия «домашнее насилие», и подразделение его на: сексуальное, физическое, экономическое, психологическое;
  • внедрение охранных ордеров, которые помогут изолировать агрессивного мужа или сожителя от женщины и запретят обидчику приближаться к ней;
  • судебное защитное предписание может обязать агрессора покинуть место совместного проживания, даже если он является его собственником;
  • создание курсов управления гневом для агрессоров, комплекса мер по предотвращению рецидивов насильственных действий и их профилактике.
Читайте так же:  Сколько стоит госпошлина свидетельство о рождении ребенка

Противники законопроекта обращают внимание, что закон по большей части будет направлен не на женщин-жертв насилия, а на детей. А его основная цель — получить право отбирать детей у родителей без суда и следствия. Второй момент касается психологического насилия, понятие которого весьма субъективно и будет средой для различного рода злоупотреблений.

Аналогичные законопроекты вносились в Госдуму уже 40 раз, однако ни один из них до сих пор не был принят.

По данным отчета Всемирного банка «Women, Business and the Law» за 2018 год, Россия набрала ноль баллов в области законодательства по защите прав женщин, ввиду того, что в стране до сих пор не приняты законы о домашнем насилии, домогательствах на рабочем месте, сексуальном насилии на работе. По данному показателю наша страна оказалась на одном уровне с Либерией, Габоном, Ираном, Йеменом и ОАЭ.

В России действует несколько десятков кризисных центров и убежищ для женщин, переживших насилие. Большинство из них — квартиры, где временно (на срок от нескольких месяцев до года) могут поселиться женщины с детьми, пока ищут работу, новое жильё или ждут окончания судебных разбирательств.

Осведомленность общества о проблемах насилия постепенно растёт, «женщины стали чаще обращаться в связи с психологическим насилием, когда партнёр кричит, бьёт посуду, не даёт выходить из дома», — отметил специалист по связям с общественностью «Кризисного центра для женщин» .

Появляется много литературы и интернет-ресурсов на тему домашнего насилия, не только физического, но и психологического.

Абьюзинг — это термин обозначающий насилие, выражающееся в различных формах унижения, оскорбления, плохого отношения, игнорирования личного мнения и желаний жертвы.

Видео (кликните для воспроизведения).

Абьюзер — человек, подвергающий других насилию, оскорбляющий, унижающий, шантажирующий или принуждающий их к чему-то против воли.

Специалисты МЦПИ «Планета Закона» готовы обеспечить как юридическую, так и психологическую помощь в любой сложной семейной ситуации. Не знаете, как поступить? Как оформить развод без согласия мужа? Боитесь, что супруг заберёт детей и лишит всего совместно нажитого? Звоните: + 7 (495) 722-99-33.

Юристы и адвокаты нашей компании много лет помогают людям в разрешении самых сложных семейных вопросов, вам не придётся ходить по судам, видеться и общаться с бывшим супругом, выслушивать сцены выяснения отношений, вновь испытывать чувства угнетения и страха, наши специалисты возьмут на себя решение всех ваших проблем.

Опубликованы поправки к последней версии законопроекта о домашнем насилии. Главное

Депутаты Госдумы, правозащитники и адвокаты подготовили поправки к последней версии законопроекта о профилактике домашнего насилия, которая была раскритикована общественностью. В них, в частности, уточняется расстояние, на которое преследователю будет запрещено приближаться к жертве, подробно раскрыт термин «семейно-бытовое насилие» и перечислены его виды, а также прописаны варианты наказания абьюзеров. «Предполагаются реальные меры защиты жертв насилия и системная работа с агрессором. Мы выступали и будем выступать за работающий закон, который действительно спасет и защитит пострадавших от домашнего насилия», — написала на своей странице в Facebook соавтор поправок, правозащитница Алена Попова.

Основные положения поправок к законопроекту

1. Определение семейно-бытового насилия. Авторы поправок пишут, что семейно-бытовое насилие — это умышленное действие или бездействие в отношении близких, если это деяние причиняет пострадавшему физическую боль, и (или) наносит вред здоровью, и (или) причиняет психические страдания, и (или) причиняет ему имущественный вред. Сюда же относится угроза совершения подобного деяния.

Оговариваются виды домашнего насилия: физическое, психологическое, сексуальное и экономическое. Право на необходимую оборону предлагается не считать семейно-бытовым насилием. Кроме того, уточняется, что если родители, например, не разрешают своему ребенку слишком много времени проводить около компьютера или записали его в спортивную секцию, то они не совершают насилия.

«Более того, важно понимать, что „не купил ребенку трансформера“ или „не купил жене шубу“ также не является ни в коем случае экономическим насилием», — говорится в поправках к законопроекту. Под экономическим насилием предлагается понимать умышленное лишение человека жилья, пищи, одежды, лекарств или иных предметов первой необходимости

К физическому насилию относятся любые умышленные насильственные действия (лишение свободы, понуждение к употреблению психоактивных веществ, причинившие вреда здоровью и физической боли), а также отказ в удовлетворении основных потребностей в уходе, заботе о здоровье и личной безопасности пострадавшего. Психологическое насилие — это, в том числе, оскорбления и распространение клеветы, высказывание угроз, шантаж, преследование, изъятие личных документов. Сексуальное насилие — деяние, посягающее на половую неприкосновенность или половую свободу пострадавшего, в том числе посредством силы, угроз или шантажа.

2. Преследование. Еще один термин, который, как и семейно-бытовое насилие, пока не закреплен юридически. Согласно предложенным поправкам, преследование — это действия, направленные на пострадавшего вопреки его воле. Они могут выражаться в поиске жертвы, попытке выяснить ее место проживания или пребывания, навязчивых телефонных звонках (сообщениях в интернете), в попытках выйти на связь через третьих лиц. Преследование — это также посещение места работы, учебы или лечения пострадавшего.

3. Право на защиту и профилактика. Закон о домашнем насилии должен распространяться не только на формальных родственников, а на всех проживающих совместно, а также бывших супругов, их иждивенцев, близких и свидетелей правонарушения, работников соцслужб, если есть основания полагать, что им тоже может быть причинен вред.

[2]

В профилактике домашнего насилия, по мнению авторов поправок, могут принимать участие как органы власти, надзорные органы и полиция, так и общественные и кризисные некоммерческие организации. Меры профилактики нужно предпринимать незамедлительно после того, как к ним поступят заявления пострадавшего или узнавших о факте насилия, решения судов или компетентных органов.

Среди мер профилактики называются индивидуальные профилактические беседы и постановка на учет агрессоров. Законопроект также подразумевает принудительные специальные курсы по работе с гневом для реабилитации абьюзеров. Для пострадавших предусмотрены программы психологической поддержки.

4. Защитные и охранные предписания. Защитные предписания должны выдавать сотрудники полиции. Предписание выносится с согласия пострадавшего и без, если жертва из-за возраста, болезни, инвалидности, материальной зависимости или по какой-то еще причине не может выразить согласие.

Документ запрещает нарушителям преследовать и вступать в любые контакты с жертвой, приближаться к пострадавшему на расстояние ближе, чем на 50 метров. Действовать предписание будет 30 суток, в случае необходимости этот срок может быть продлен до двух месяцев. На время действия защитного предписания нарушитель ставится на профилактический учет органами внутренних дел.

Охранные предписания будут выдаваться в судебном порядке в случае, если защитное предписание не останавливает нарушителя. Оно может продлеваться максимум на срок до двух лет и предполагает более широкие меры воздействия. Обидчику также нельзя будет контактировать с жертвой, приближаться на расстояние ближе, чем на 50 метров, а еще приобретать и пользоваться любыми видами оружия. Агрессора могут обязать покинуть совместное жилье (независимо от того, кто является собственником жилого помещения, но при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении, в том числе по договору найма). Кроме того, абьюзера могут заставить передать пострадавшему человеку личные вещи, которыми он располагает, а также пройти специализированную психологическую программу.

За первое нарушение защитного предписания нарушителей предлагается наказывать штрафом, а за повторное или игнорирование охранного ордера — привлекать к уголовной ответственности, предусмотрев один год лишения свободы. Также могут быть назначены исправительные или обязательные работы.

5. Временное жилье. Авторы поправок считают, что органы власти обязаны «незамедлительно обеспечить» временным бесплатным жильем жертву домашнего насилия, если такая просьба поступила от потерпевшего. Оговаривается срок — минимум на два месяца. Он может быть продлен, если угроза жизни и здоровью потерпевшему не устранена.

Соавторами поправок стали депутаты Оксана Пушкина, Ирина Роднина, Ольга Савастьянова, Елена Вторыгина, Татьяна Касаева, адвокаты Мари Давтян и Алексей Паршин, а также правозащитница Алена Попова. Все они принимали участие в разработке опубликованной Совфедом версии законопроекта.

Обсуждение законопроекта — до 15 декабря

Последняя версия законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия была опубликована на сайте Совфеда 29 ноября. Эксперты раскритиковали документ, заявив, что его положения не были согласованы с рабочей группой, принимавшей участие в его разработке. «Это редакция не просто урезанная и сокращенная, она еще и во многом юридически безграмотная. Это результат заигрываний Совфеда с разного рода радикальными консервативными группами», — отметила адвокат Мари Давтян.

Дмитрий Медведев прокомментировал законопроект о домашнем насилии

Сейчас опубликованный законопроект — предмет открытого общественного обсуждения, которое продлится до 15 декабря. К размещенному на сайте Совфеда документу уже поступило более 5 тыс. комментариев.

За принятие законопроекта выступают многочисленные кризисные центры, правозащитные, благотворительные и феминистские сообщества. Генпрокуратура поддержала введение защитных предписаний для домашних агрессоров. Против закона о домашнем насилии высказываются ультраконсервативные организации вроде «Сорока сороков» и «За права семьи». Они считают, что закон разрушит институт семьи в России, поскольку нарушает пределы вмешательства государства в домашние дела граждан. В РПЦ заявили, что закон о домашнем насилии приведет к «бракоразводным войнам».

Согласно недавнему опросу «Левада-центра», каждый третий житель России (31%) сталкивался с домашним насилием в собственной семье и своем ближайшем окружении. По данным МВД, за девять месяцев 2019 года от домашнего насилия пострадала 15 тыс. 381 женщина. Исследование «Новой газеты» и «Медиазоны» показало, что 79% осужденных женщин становились жертвами насилия со стороны тех, кого потом убили.

Россия отказалась нести ответственность за насилие в семье

16 марта. ПРАВМИР. Российская Федерация не должна нести ответственность в случаях семейно-бытового насилия, если вред был нанесен частными лицами. Об этом говорится в документе, направленном правительством в Европейский суд по правам человека перед рассмотрением жалобы четырех пострадавших от домашнего насилия женщин, пишет «Коммерсант».

Жалобы подали Наталья Туникова, которую ее гражданский партнер пытался сбросить с 16-го этажа (женщина в попытке самозащиты ударила его ножом, после чего попала под суд), Маргарита Грачева (бывший муж отрубил ей кисти рук), Елена Гершман (бывший муж избивал ее, но суд дважды отказывал в возбуждении уголовного дела) и Ирина Петракова (муж регулярно истязал и избивал ее, в том числе после развода).

Женщины жаловались, что власти не могут защитить их от дискриминации и домашнего насилия. Адвокаты указывали, что происшедшее с заявительницами надо рассматривать как пытки, к которым привело в том числе бездействие полицейских и всей правовой системы.

В документе, который направил в ЕСПЧ замминистра юстиции Михаил Гальперин, говорится, что согласно статье 3 Конвенции о защите прав и свобод человека (запрещение пыток) государство не несет ответственность за ситуации заявительниц, так как «страдания и травмы причинялись им в результате действий частных лиц (а не должностными лицами)».

Отмечается, что, если во время расследования дела обидчика привлекли к административной ответственности, то заявительницы не могут оспаривать законность действий или бездействия полиции. Им предлагается воспользоваться главой 22 КоАП (о полномочиях должностных лиц) и подать отдельный иск.

Ранее, отвечая на вопросы ЕСПЧ по жалобе, российское правительство заявило, что явление насилия в российских семьях существует, но масштабы этой проблемы преувеличены.

Источники

Литература


  1. Данилов, Е.П. Жилищные споры: Комментарий законодательства. Адвокатская и судебная практика. Образцы исковых заявлений и жалоб. Справочные материалы / Е.П. Данилов. — М.: Право и Закон, 2016. — 352 c.

  2. Беляева, О. М. Актуальные проблемы теории государства и права. Практикум / О.М. Беляева. — М.: Феникс, 2015. — 448 c.

  3. Панов, А.Б. Административная ответственность юридических лиц. Монография / А.Б. Панов. — М.: Норма, 2016. — 651 c.
  4. Жилинский, С.Э. Предпринимательское право (правовая основа предпринимательской деятельности): Учебник; М.: Норма; Издание 4-е, испр. и доп., 2012. — 912 c.
Домашнее насилие в семье россия
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here