Ювенальная юстиция в швеции

Из истории ювенальной юстиции, или триллер 20 века.

Целые поколения украденных у родителей детей обнаружены правозащитниками в Швеции, Австралии, Норвегии, Англии и Ирландии. Одновременно выясняются подробности истории, как 60000 женщин были принудительно стерилизованы с 1936 г. по 1976 г. в Швеции.

Шведские юристы из Скандинавского комитета по правам человека и по защите прав семьи в странах Северной Европы утверждают, что это — социальная инженерия.

Когда принудительная стерилизация женщин не смогла остановить рождаемость, тогда в середине 70-х в Парламент Швеции ввел ювенальную юстицию — принудительную конфискацию детей у кровных родителей.

Шведское государственное телевидение (SvT2) показало документальный фильм » Украденное детство «, в котором сообщалось, что около 100 тысяч шведских детей были насильственно ИЗЪЯТЫ из кровных семей и помещены в приюты, приемные семьи и детские дома ШВЕЦИИ. Жизни многих из этих «украденных» у родных родителей детей были ИСКАРЁЖЕНЫ по воле государства.

Этот телевизионный документальный фильм в настоящее время привел к тому, что шведское правительство начало официальное расследование серьезных преступлений государственной шведской системы «защиты детей» (шведской службы опеки).

«Государство Швеция должно принести свои извинения всем бывшим узникам детских домов, приютов и приемных семей, насильственно разлученными с родными родителями,» — сказал министр социальных услуг Швеции Морган Йоханссон.

Шведские правозащитники рады, что шведское правительство начало расследование преступлений в системе детских домов, приемных семей и приютов страны. Однако члены Скандинавского комитета по правам человека, по защите прав семьи в странах Северной Европы отмечают, что начало расследования стартовало в Швеции слишком поздно.

К сожалению, «Украденные поколения» обнаружены не только в Швеции, но и в других странах. Другие страны также уже начали расследование преступлений, которые совершались в отношении детей, насильственно вырванных из рук кровных родителей и перемещенных системой в госучреждения и частные приюты.

АВСТРАЛИЯ была первой страной, которая отважилась исследовать ужасы и преступления, а также нечеловеческие условия, в которые были перемещены дети аборигенов, насильственно изъятые от своих родных родителей.

Исследования об австралийском украденном поколении были начаты в декабре 1995 года. А доклад «Вернем их домой: «Украденные дети» был представлен в ООН в 1996 — 1997 гг. и шокировал мировую общественность размахом преступлений местной службы опеки. Организация Объединенных Наций официально называет то, что произошло в Австралии с украденным поколением — геноцидом. Австралийское правительство было вынуждено извиниться перед детьми — бывшими узниками австралийских приютов и детдомов.

В Англии и Уэльсе Ватерхаузская комиссия (1996 — 1998), организованная бывшим лидером Тори Уильямом Хейгом, представила свой доклад «Ватерхаузский отчет» в 2000 году. Lost in care — The Wales Child Abuse Scandal and the Waterhouse Report. Речь в этом докладе шла об украденном поколении в Англии и Уэльском скандале о преступлениях в отношении детей, которые были насильно вырваны из кровных семей и сгинули в приютах по воле государства в Англии.

В 2001 году дети — бывшие узники детских домов в Бергене (Норвегия) потребовали возмещения и компенсации за злоупотребления и насилие, которые они испытали в детдоме, в то самое время когда они, насильственно вырванные из рук кровных родителей, были помещены под опеку государства Норвегия. Эти многочисленные обращения жертв насилия в системе Барневарн (служба опеки, служба защиты детей в Норвегии) поначалу привели к старту широкомасштабного расследования, проведенного Комитетом Befring, который обнаружил, что систематические злоупотребления и насилие действительно процветало в норвежских детских домах и тех учреждениях, куда помещали насильственно изъятых у кровных родителей детей. Окрыленные надеждой быть услышанными жертвы-узники детдома в Бергене даже подали в суд Королевства Норвегии за «Украденное детство», но в 2013 году расследование Бергенского дела так и не завершено.

В Ирландии правительство выделило миллиарды для того, чтобы предоставить компенсацию детям-бывшим узникам детских домов. Было организовано несколько расследований вокруг того, что происходило, когда католическая церковь систематически подвергала детей насилию и злоупотреблениям. Существует огромное количество докладов и исследований, подтверждающих, что все дети, кто был вырван из рук кровных родителей и насильственно помещен в частные или госучреждения, имеют право на возмещение ущерба за «Украденное детство».

Узникам детдомов были выплачены компенсации. Пострадавшим, а также их супругам и детям предоставлялась экономическая поддержка через Государственное агентство NOVA.

Европейский суд по правам человека в Страсбурге во многих случаях обнаружил в Швеции виновных в нарушении прав детей и членов их кровных семей — а именно в нарушении фундаментального «Права человека на частную и семейную жизнь». Первый случай был Олссон против Швеции , в 1982, где решающую победу одержала адвокат и бывший врач, г-жа Сив Вестерберг , которая впоследствии выиграла еще несколько дел по злоупотреблениям шведской службой госопеки по отношению к детям. Несмотря на все эти приговоры против Швеции мы переживаем вал случаев, когда дети без нужды отбираются (крадутся) у родителей в Швеции сегодня и помещаются под опеку государства.

Скандинавский комитет по правам человека, по защите прав семьи в странах Северной Европы был восстановлен в 1996 году г-жей Сив Вестерберг в отчаянной попытке предотвратить распространение подобных случаев, представленных как «Украденное детство» и современных случаев краж детей у родителей в Швеции.

В августе 1998 года прокурор Леннарт Хане , яростный противник шведской системы отъема детей, написал письмо министру юстиции и министру социальных дел Швеции с требованием компенсации всем жертвам государственной службы Швеции по социальным услугам (служба опеки). В ноябре 1998 года Сив Вестерберг и я, Руби Харролд-Клаессон, встретился с юридическим секретарем в Европейском суде по правам человека в Страсбурге, с целью обратить его внимание на тот факт, что вместо топтания вокруг да около права на свидания кровных родителей с украденными государством их родными детьми следует прежде всего осознать, что разделение детей с их родителями должно рассматриваться как нарушение статьи 8 Европейской конвенции о правах человека.

В 1990-х в шведских СМИ бушевала дискуссия о законе о принудительной стерилизации, касающиеся около 60000 женщин, которые были принудительно стерилизованы между 1936 — 1976.

Эти женщины были признаны непригодными к материнству, потому что они были инвалидами, в соответствии с данными медико-социальной экспертизы. Сразу как только закон о принудительной стерилизации женщин в Швеции был отменен в середине 1970-х годов Шведский Парламент тут же принял новый закон о насильственном изъятии детей из кровных семей — под опеку государства. Когда шведские парламентарии не смогли заставить взрослых женщин не рожать детей, тогда законодатели украли их детей и поместили их в более «подходящие» приемные семьи. С этого времени ново-шведский термина «Семейный дом» был введен в употребление.

Читайте так же:  Шаблон иска об оспаривании отцовства

Правозащитники Швеции рады, что правительство Швеции начало расследование Условий для детей-бывших узников детских домов. Это крайне важно. Однако шведские правозащитники требуют, чтобы шведское правительство расследовало и современные преступления в отношении нынешних узников детдомов Швеции — десятков тысяч детей и молодых людей, которые сейчас живут вне родного дома — в приемных семьях, приютах и детдомах Швеции.

Смерть ребенка в приемной семье

14-летний Даниэль Сигстрём умер в своей приемной семье 24 апреля 1992 года. С тех пор много других детей умерло в приемных семьях, куда их поместили после насильственного изъятия у родной семьи. В деле о смерти в шведской приёмной семье Даниэля Сигстрёма было обнаружено более 100 серьезных судебных ошибок, но ни один из тех, кто изымал ребенка у матери или издевался над ним в приемной семье, до сих пор не наказан. Родная мать мальчика после смерти сына была обязана судом — выплатить Швеции компенсацию в размере около 1 миллиона шведских крон. В конце концов женщина не выдержала издевательств и ушла из жизни.

Кроме того, некоторые родители, например как в Деле Гётена были вынуждены взять своих детей и бежать из Швеции, чтобы защитить свою семью от разрушения корыстолюбивыми социальными работниками и нечистоплотными административными судами .

Тысячи шведов, которые рассказали, что они подвергались физическому насилию и жестокому обращению в государственных детских домах и приемных семьях на протяжении десятилетий с 1950-х годов получили от официальных лиц обещание на рассмотрение их запроса в четверг.

Кабинет министров сказал, что будет расследовать все случаи насилия над приемными детьми, которые достигли своего пика в 1940-х и 50-х годах, когда рвение Швеции по программам социальной инженерии было нацелено на то, чтобы детей одиноких или бедных женщин разлучить с кровной семьей и превратить в государственное сырьё .

Этот скандал также может привести к извинениям и компенсациям, аналогичным вышеупомянутому, но случившемуся в 1990-х, когда около 60 000 женщин, были принудительно стерилизованы между 1936-76 г.г. а после этого признаны непригодными к материнству, потому что они стали инвалидами.

Шведское правительство заявило, что оно будет расследовать утверждения, что многие тысячи детей, помещенные в приемные семьи в десятилетия после Второй мировой войны, систематически подвергались насилию и избивались.

Ушли от ювенальной погони

Эксклюзивное интервью Дениса Лисова Екатерине Сажневой для «Иван Чая».


Вопиющая ювенальная история семьи Дениса Лисова никого не оставила равнодушным
Его дочерей хотят отправить в Швецию, а самого — посадить в шведскую тюрьму. https://vk.com/info_ivan?w=wall-61555556_51896

Эта прогремевшая на весь Евросоюз история длилась три года.

40-летнего Лисова Швеция обвинила в том, что он выкрал и тайно вывез из этой страны трех малолетних дочерей, тоже россиянок, отобранных у родной семьи и переданных на воспитание ливанским мигрантам. Мужчину заочно осудили на четыре года.

Дениса и его дочек защитила Польша, куда они смогли добраться. Однако срок его пребывания там подошел к концу. Оснований для предоставления ему политического убежища не было, да он его и не просил. У них были куплены авиабилеты в Россию. Однако, по законам Евросоюза польские власти должны были задержать девочек на территории ЕС. А отец пусть улетает.

Напомним, что Денис и Татьяна Лисовы отправились в Швецию за европейской мечтой. У них уже подрастала маленькая Соня, на новом месте родили еще двух детей — Серафиму и Алису. Но получить паспорта в Скандинавии не удалось. Отсутствие уверенности в завтрашнем дне, полулегальное существование, все это дало о себе знать — у Татьяны выявили нервное расстройство. «Ей назначили специальные препараты, но она не стала их пить, я контролировать ее состояние не мог, так как мотался по стране на заработках», — признался Денис «МК». В конце концов, молодая женщина стала опасна для окружающих, соседи вызвали полицию и психиатров. Когда Денис в очередной раз вернулся домой, то увидел, что дома никого нет. «Да, моя жена серьезна больна, но я-то сам здоров, я хочу воспитывать своих дочек!» — говорил он. Никакие доводы не помогли: вернуть детей, изъятых опекой, Денису предложили через суд. Там он должен был доказать свою финансовую и юридическую самостоятельность и полноценность, найти постоянную работу и жилье, в одностороннем порядке оформить опекунство, на что могли уйти годы!

А до этого девочек поместили в семью эмигрантов из Ливана, ассимилировавших в Швеции. Их образ жизни был страшно далек от того, к чему привыкли три русские девочки. «Соня от стресса похудела сразу на 15 килограммов. У Алисы подозревали астму, она сидела на ингаляторах. Никакие психологи с ними не занимались. Их никто не бил, но и хорошей такую полусиротскую жизнь нельзя было назвать», — переживает отец.

В конце концов тайно выкрав собственных детей во время одного из разрешенных с ними краткосрочных свиданий, Денис бежал в Польшу, где и был задержан. Был предъявлен международный ордер на арест «отца-похитителя». Хотя при этом официально он даже не был лишен родительских прав. В аэропорт прибыла полиция, чтобы немедленно изъять детей.

Неожиданно Польша — одна из самых патриархальных стран Европы, ревностные католики, всегда стоявшие на страже биологических семей, отказалась экстрадировать мужчину в Швецию и отбирать у него девочек..

«Это было беспрецедентное решение, — вспоминает Лилия Мошечкова, руководитель Правозащитного дома «Европа-Азия», подробно занимавшаяся этим делом. — Окружной суд Варшавы постановил не выдавать Швеции российского гражданина Дениса Лисова и оставить с ним дочерей».

Четыре месяца после суда польское общество бурлило: одни требовали не портить отношения с ЕС и все-таки выдать Лисовых, другие считали, что Денису нужно обязательно предоставить временное убежище и не отдавать его на растерзание так называемой шведской «ювеналке».

Россия же на официальном уровне безмолвствовала.

И вот, наконец, Денису с дочерьми удалось преодолеть польскую границу благодаря помощи российских и польских адвокатов и правозащитников. Все эти люди не имели отношения к официальным государственным органам.

Адвокаты из Польши обеспечили покупку билетов из Варшавы до Москвы, общественные организации помогли добраться до родного Хабаровска.

[1]

Сначала Денис с дочерьми остановился в Москве, помощь в размещении оказана координатором центра «Иван Чай» Маргаритой Гусевой.

Корреспондент «Московского Комсомольца» Екатерина Сажнева поговорила с Денисом по прибытии. Его история, планы и т.д.

Обязательно послушайте и посмотрите, потому что такую же ювенальную юстицию по-шведски пытаются установить у нас с помощью нового закона «О профилактике семейно-бытового насилия».

Читайте так же:  Восстановление в родительских правах после лишения

В ноябре в агентстве Регнум состоялась пресс-конференция по случаю возвращения Дениса с девочками на родину.Участники: Денис Лисов, Софья Лисова, адвокат Бабкен Ханзадян (Польша), адвокат Надежда Гольцова («Иван Чай»), член ОП РФ Элина Жгутова.

«Это не помощь — это вред! Чужие родители — никто! — Софья Лисова на пресс-конференции в Регнум.

Отобранная шведской ювенальной юстицией у родного отца и помещенная в семью ливанских мигрантов старшая дочь Дениса Лисова, София чуть не разрыдалась на пресс-конференции в Регнуме,когда рассказывала о своем пребывании в «плену».

«Я не хочу, чтобы кто -то их детей переживал такое» — «Не принимайте закон» — почти кричала девочка.

Русские дети — особая «слабость» финской ювенальной юстиции

Безусловно, детей могут забрать из любой семьи. Однако, как говорит Бекман, именно русские мамы попадают в «очень странные ситуации» — «местные не попадают, а русские — попадают». И дело не в менталитете, полагает собеседник Царьграда.

«Конечно, детей могут изъять и у местных жителей. Но описание проблемы не будет настолько странным. Вот вам пример: маму обвиняют, что она планирует съездить в Россию, и на этом основании изымают ребенка. Ну что это такое? Я считаю, что это системное нарушение».

Беда в том, что мы не владеем полной информацией о происходящем. Даже у Бекмана, который занимается проблемой многие годы, нет всего массива данных.

«Уполномоченные по правам ребенка в России собрали в свое время информацию только о случаях, им известных. Но это только те, о которых сообщали власти. Мы не знаем, сколько всего изъяли русских детей в Финляндии или, например, Норвегии. Нет статистики. Поэтому упоминаем лишь те случаи, где люди сами нам рассказали. «И такая проблема существует много лет, — объясняет правозащитник. — Я постоянно занимаюсь этими случаями, обращаются люди со всего мира. В основном, конечно, Финляндия, Швеция, Норвегия, Дания. Как раз недавно к нам обратилась женщина из Дании с русскими корнями. Она переехала, а ребенка передали отцу, оставшемуся в стране. Безусловно, система нарушает права русских женщин и в целом русского населения».

Президент Финляндии Саули Ниинистё как-то даже заявил, что «дети — не инструмент политики», а требование российской стороны о создании совместной комиссии по защите детей невозможно, поскольку не оговорено финским законодательством. Впрочем, консультации все равно начались.Фотографии предоставлены globallookpress.com.

В этой связи актуальным остается вопрос: как бороться с такими нарушениями?

«Мы много лет работаем с журналистами, и вся Россия знает о существовании этой проблемы. И, конечно, российские власти хорошо реагируют на это. Строят механизмы регулирования. Уполномоченный по правам ребенка — раньше Астахов, сейчас Кузнецова — с зарубежными коллегами активно общается, подписывает договоры по поводу регулирования ситуации. Это один хороший такой вариант. Дипломаты активно действуют, российские дипломаты по всему миру готовы вступиться, оказать помощь», — объясняет Бекман.

В то же время в России есть немало критиков подхода Анны Кузнецовой. Представители родительских сообществ, политики, общественные деятели опасались, что сотрудничество с Финляндией — первый шаг на пути импорта ювенальной юстиции в нашу страну. Бекман, к слову, не разделяет эту точку зрения. Но внутри страны — иная позиция. Так, председатель Родительского всероссийского сопротивления Мария Мамиконян в открытом письме в мае 2017 года высказала претензии к деятельности Кузнецовой и заявила о выходе из Общественного совета при уполномоченном при президенте России по правам ребенка. В беседе с Царьградом представители Мамиконян подтвердили, что к сегодняшнему дню позиция нисколько не изменилась.

О бедах ювенальной юстиции говорит и президент Фонда Архистратига Божия Михаила Елена Мильская. В ее понимании, применяемая на Западе, в том числе в Финляндии, система разрушает семьи, «ставит родителей в такую ситуацию, когда они не могут реализовать свое право на воспитание». Ребенка же с самого начала рассматривают отдельно от семьи.

«Появляется множество замещающих институтов — соцработники, психологи, кто угодно, только не родители. Самое страшное, что несформировавшаяся психика несовершеннолетнего может спровоцировать его на звонок по телефону доверия по любому пустяковому поводу, после чего любого родителя автоматически поставят на учет и заставят ходить на курсы по воспитанию собственного ребенка!»

14 Ноября 2018 20:23 А как у них?

Финский закон о защите детей работает уникально. Казалось бы, ребенок обладает неограниченными возможностями для собственной защиты — один звонок, и служба опеки готова помочь. Правда, помощь часто заключается в поиске новой семьи, а «билетом» в детдом становится вера в Бога или, например, лишний вес ребенка. К слову, домой, к родным родителям, вернутся единицы детей — подтверждено статистикой.

У каждого ребенка в Финляндии должно быть спокойное, благополучное и счастливое детство, говорится в государственном Законе о защите детей. Ответственность за спокойствие и благополучие первыми несут родители. Если же они по каким-то причинам не справляются, государство в лице Службы защиты прав детей (Lastensuojelu) готово оказать поддержку. Норма совершенно разумная, однако на практике десятки русских детей в Финляндии от такой заботы пострадали: из семей их забирали за «чрезмерную любовь матери» или «шлепок по попе». О проблеме говорят по меньшей мере последние 10 лет, а в 2015 году уполномоченный по правам ребенка в России — на тот момент это был Павел Астахов — заявил более чем о 50 пострадавших семьях. В Финляндии настаивали, что проблема раздувается в российских средствах массовой информации, а на уровне первых лиц даже говорили, что заявления омбудсмена могут ухудшить отношения между нашими странами. В России же продолжают требовать оградить русских детей от финской ювенальной юстиции. Так почему не удается договориться? Попробуем разобраться.

Видео (кликните для воспроизведения).

Ювенальная юстиция в Финляндии распространяется на детей до 18 лет. Дальше опека работает лишь в отдельных случаях.Фотографии предоставлены globallookpress.com.

Дети посылают родителей. Денис Лисов о шведской ювенальной юстиции

Денис Лисов подробно рассказал на пресс-конференции в Регнуме, как устроена ювенальная юстиция в Швеции. Ребенку нельзя сделать даже замечание, дети могут послать родителей, а те должны только улыбаться. Фактически, детьми владеет государство, а родителям дают возможность обеспечивать ребенка, но не воспитывать.

Адвокаты Надежда Гольцова и Бабкен Ханзадян (Польша) о ювенальной юстиции.

Ювенальная юстиция в Финляндии, где вера в Бога становится «билетом» в детдом

От частного случая к практике

Несколько показательных случаев работы финских органов опеки с русскими семьями описывает уполномоченный по правам ребенка в Санкт-Петербурге Светлана Агапитова. Она формулирует своего рода «учебник» для переехавших в Финляндию русских. В Суоми нельзя отказываться от общения с представителями службы опеки или «связными» структуры. Простой пример. Патронажная семья посещала на дому новорожденную девочку с мамой — это стандартные осмотры. Через какое-то время было заявлено, что девочка слишком упитана. Было предложено лечь на обследование в больницу. Молодой маме идея не понравилась, а спустя месяц проведать семью пришли представители опеки.

Читайте так же:  Отказ отца от ребенка украина

«Обошлось без изъятия, но маму с младенцем отправили в больницу, где выяснилось, что у ребенка есть наследственная предрасположенность к диабету — отсюда и лишний вес. Сейчас там все хорошо, но надо быть готовым к подобным визитам и не уклоняться от них, если вы хотите жить в этой стране и быть в ладах с законом».

Очень часто в хрониках изъятий звучит слово «донос». Мы по многим причинам воспринимаем термин негативно. Однако в Финляндии именно доносы становятся основным источником информации службы опеки. Сообщить о проблеме в семье может и сам ребенок, и окружающие его люди, в том числе посторонние. Где-то мера о срочном реагировании опеки будет жизненно важной. В другое время мы можем столкнуться с перегибами. Так, 12-летнюю дочку Елены Смоленчук — она живет в Восточной Финляндии — забрали из школы и передали в приемную семью из-за того, что мать якобы «шлепнула девочку футболкой».

«Финские власти не обязаны предъявлять решение суда, для них достаточно одного доноса или заветного «мама — русская», — объясняет Бекман. — И это неудивительно, ведь концепция такого отношения к русским семьям была отражена в программе по предупреждению насилия против детей, которая называлась «Не бей ребенка!».

Составители программы отталкивались от простого тезиса: насилие над детьми в России не считается нарушением закона, а значит, финские власти должны пристально следить за семьями российских граждан, живущих в Финляндии. Если верить нашим собеседникам, такая система сохраняется и сегодня. Несмотря на то что в 2017 году Анна Кузнецова и ее финский коллега Туомас Курттила подписали меморандум о взаимопонимании в сфере защиты прав детей и семей с детьми. Кузнецова обещала, что импорта финской ювенальной юстиции в Россию не будет. Меморандум она назвала «инструментом для взаимодействия», который поможет найти общие точки соприкосновения и различия в наших системах — «есть безусловная готовность преодолевать противоречия и работать над пробелами».

«Последнее время вопрос с примером Запада стоит очень четко. По этому примеру мы точно не идем. Четко идем своим путем. Важно, чтобы наш путь был точно про семью», — говорила омбудсмен после критики ее действий. Однако механизмы ювенальной юстиции она не отрицает, в чем и заключается главная критика противников.

Неестественный отбор: почему в Европе повально изымают детей из семей

Череда историй о том, что семья уехала в Европу в надежде на лучшую жизнь, на заработки или за счастьем, а потом органы опеки пришли и забрали детей, уже кажется бесконечной.

Незнание законов не освобождает ни в одной стране от ответственности. Поэтому сейчас в Латвии отец и бабушка бьются за двух малышей, мать которых уехала в Британию искать счастья, и приемные родители нашлись раньше, чем родственники додумались официально оформить опеку. И в приемной семье детям запрещают говорить , хотя по европейским законам родной язык приемных детей должен сохраняться.

И поэтому сейчас отец трех дочерей, увезший семью за мечтой в Швецию и отказавшийся от русского паспорта, сейчас прячется с ними в Польше, потому что мать заболела, дочерей опека сразу забрала в приемную семью — к . И теперь бывший россиянин Денис Лисов живет уже другой надеждой — что родина на первых порах поддержит, а поляки дадут убежище и не сдадут в Интерпол.

Эта история — совсем не уникальная, счет россиян, у которых скандинавская опека отобрала детей без особых разбирательств, только растет.

История Дениса Лисова известна минимум в трех странах. Драма для семьи из Хабаровска началась в 2017 году в небольшой шведской деревеньке. Они приехали в Швецию с одним ребенком. А за это время появились еще двое. Жена была дома всегда одна. У нее началась депрессия.

Денис Лисов: «Получилось так, что она с детьми поехала в миграционную, на меня сказала, что я якобы притесняю, не кормлю и все остальное. Социальная служба — на контроль, посмотрели они и забрали оттуда».

И не важно шведской социальной службе, что это не рядовая депрессия, а тяжелое психическое расстройство, как потом определят врачи. Что жена Дениса потом взяла свои слова обратно. Важно, что мама пожаловалась, папа работает неофициально. Значит, трех дочерей из семьи забирают. Ювенальная юстиция в действии.

В Норвегии даже митинги проводят против Барневарн — службы помощи детям, по факту — службы изъятия детей. Сравнивают ее с гестапо. Все бесполезно. Закон работает. Доходит и до международных скандалов.

Ювеналы в Швеции уже применяют паралитические гранаты при отнятии детей

Одинокая мать троих детей отказалась добровольно отдать 5-тимесячного ребенка соцслужбам Швеции, тогда ее вместе с ребенком забросали гранатами с эффектом парализации. Ребенок был изъят. Причина — излишняя привязанность новорожденного к биологической традиционной матери.

Захват ребенка с паралитическими гранатами был осуществлен в Швеции.

Квартиру одинокой матери троих детей, которая в тот момент закрылась в комнате с пятимесячным ребенком, штурмовала бригада Социала (так называется ювенальная полиция Швеции). Мать отказалась добровольно отдать дитя соцработникам, так как она не видела причин для ее принудительного разлучения с ребенком.

Чуть ранее психиатры сделали письменное заключение, которое было направлено в Социальную службу по защите детей того самого городка, где жила эта семья, с выводом, что «мама — замечательная, прекрасно заботится о детях и ведет традиционный семейный образ жизни» (шведские журналисты цитируют документ). Но почему-то и на этот раз соцработники не поверили дипломированным специалистам и приняли самостоятельное решение штурмом (без решения суда и без каких бы то ни было бумаг) изъять пятимесячного малыша, которого строптивая мать собиралась и дальше воспитывать «в заботе и ласке».

«Дети имеют положительные взаимоотношения с матерью и развиваются нормально», — в этом вердикте врачей о традиционной семье, видимо, для социальных служб сегодня видится некая опасность.

Так или иначе, но, осадив квартиру одинокой матери, представители соцслужбы Швеции вызвали подкрепление и потребовали применения оружия против обычной матери при отъеме пятимесячного младенца. Тогда полицейские забросали комнату, где находилась мать с младенцем, шумовыми гранатами. Шумовой эффект с зашкаливающими децибелами производит паралитический эффект на людей, — как пишут журналисты. О ребенке, против которого применили лошадиную дозу парализации, видимо, ни социальные службы, ни полиция в этот момент совсем не думали. Мать отключили, ребенка изъяли. Мать как асоциальную тут же увезли в психушку, ребенка — пока в приют, а потом в семью более толерантных шведов.

Применение гранат с паралитическим эффектом против одиноких и безоружных родителей в ходе операций по принудительной конфискации здорового потомства в странах Запада — описано в шведской и английской прессе ВПЕРВЫЕ.

Читайте так же:  Развод ребенок совместное проживание

Финские родители чаще всего не сопротивляются предпочитая в подобной ситуации, когда финский Социал — Ластенсуоелу- стучится в двери, не дожидаться применения гранат, а, увы, уйти из жизни сами.

Французские родители выходят миллионами на улицы в знак протеста против превращения их в суррогатных производителей живых игрушек для однополых.

Что делать нам, российским родителям, сейчас, когда 28 декабря 2013 года Закон «О социальном обслуживании граждан» фактически ввел у нас в России ШВЕДСКИЙ вариант ювенальной юстиции? Как защитить право НАШИХ детей воспитываться и расти в традиционных семьях, если в западных странах на захват НАШИХ детей ювеналы выходят с оружием и гранатами?

Нужно ли России ТАКОЕ «социальное обслуживание семей», которое будет заключаться лишь в погромах семей с паралитическими гранатами, если нанятые для соцобслуживания семей западные компании лишь слепо скопируют Западный ювенальный опыт?

Или у России свой семейный путь? Свой семейный уклад? Свои ценности? Свое историческое право на воспитание детей в российском духе?

Эти и другие вопросы российские родители обсудят 15 февраля в 13:00 на Всероссийском родительском форуме, который состоится по адресу: г. Москва, ул. Миусская площадь, д. 7, стр. 1, здание Общественной палаты РФ, Конференц-зал 1 этаж (м. Белорусская, м. Новослободская, м. Менделеевская). Аккредитация СМИ до 12:00 14.02.14 по телефонам 8-985-182-98-98, 8-916-498-59-13, вход строго по спискам. Регистрация участников: в 12.00., начало: в 13.00.

Информация подготовлена пресс-службой

международного движения «Русские матери» 89197272188

История побега семьи Лисовых от ювенальной юстиции Швеции

Как это работает?

Предмет нашего обсуждения — законодательство Финляндии об охране детства, если говорить дословно. Это судебно-правовая система защиты прав ребенка в Финляндии до достижения им 18-летнего возраста. Применение инструментов системы возможно, если:

  • Отсутствуют механизмы заботы о ребенке.
  • Нет необходимых жилищных условий.
  • Возникли обстоятельства, когда поведение самого ребенка угрожает его здоровью и безопасности — например, несовершеннолетний стал употреблять наркотики или совершил правонарушение.

Свою роль может сыграть дополнительный фактор в виде невыполнения рекомендованной социальной службой программы «стабилизации возникшего положения».

Если нашлись приведенные выше предпосылки, работник социальной службы обязан изъять ребенка из семьи и обеспечить ему достойные условия проживания. Практика показывает, что срочное изъятие ребенка происходит, если семья вела аморальный образ жизни — например, квартира была превращена в притон или же появилась информация о насилии в отношении несовершеннолетнего. Имеются свидетельства о побоях? Тогда из семьи изымают не только предполагаемую жертву, но и остальных детей. Все спорные вопросы затем решаются только в суде в ходе закрытых заседаний.

Родители, ставшие героями нашумевших скандалов, уверяли, что детей забирают из вполне благополучных семей. Фотографии предоставлены globallookpress.com.

Воля родителей может не приниматься во внимание, однако «практика показывает, что социальные службы стараются получить согласие всех реципиентов» — так прописано в официальных документах. Впрочем, есть и другие случаи. Если одна из сторон против изъятия, решение социальной службы должно быть подтверждено административным судом. Опекуны по закону вправе оспорить решение. Ребенка возвращают в семью, если исчезли причины, «породившие изъятие», или по достижении 18-летия. Впрочем, до 21 года он все равно остается на контроле — социальная служба обязана оказывать поддержку.

Интересная особенность. В законодательстве Финляндии нет понятия «лишение родительских прав», но это не значит, что у родителей есть какие-то преимущества. Как раз наоборот. Институт родительских прав саботирован, что ставит под угрозу все семьи без исключения, полагает председатель Антифашистского комитета Финляндии правозащитник Йохан Бекман. О своей позиции он рассказал Царьграду. Система ювенальной юстиции является очень закрытой, и хотя бы поэтому она опасна, полагает эксперт.

«Особенность в том, что там нет никакой статистики. Есть лишь данные, о которых мы узнаем от самих пострадавших. Или резонансные случаи, попавшие в прессу. Никто не может знать, что происходит внутри этой системы, — объясняет Бекман. — Ювенальная юстиция представляет собой одно из главных орудий фашистизации общества и уничтожения семьи как основного института общественной жизни».

С другой стороны, и открытых сведений достаточно, чтобы понимать тенденцию изъятия детей. На 2011 год в Финляндии насчитывалось 17 409 взятых под государственную опеку несовершеннолетних. Каждый год число этой группы увеличивается, говорит Бекман. Есть и еще одна сторона проблемы. Со временем ювенальная юстиция стала «оружием в руках атеистов», которое они «используют для гонений на христианство». Среди громких дел — история Риммы Салонен: она, как отмечает Бекман, подверглась преследованию из-за православной веры, из семьи забрали сына Антона. А в 2010 году на весь мир прогремела история Роберта Рантала: мальчика изолировали от родителей, поскольку работник социальной службы посчитал опасным православный пост. Ребенок оказался в приюте. Мама семилетнего Роберта Инга Рантала в беседе с прессой настаивала, что у опеки нет никаких юридических оснований для изъятия.

«У них нет медицинских заключений того, что ребенка били, местная полиция не возбуждала на меня никакого уголовного дела, суд города Турку еще только рассматривает заявление органов социальной опеки о лишении родительских прав меня и моего мужа. Но Роберт по-прежнему не дома».

Тогда, кроме Бекмана, семье помогал Павел Астахов. Большую поддержку оказали дипломаты. После всей шумихи мальчика вернули семье, а социального работника, оформившего изъятие, уволили. Однако это один из многих случаев в череде семейных трагедий, где не всегда удается поднять шум в прессе. Как оказалось, изъятых детей очень редко возвращают в семьи. И это тоже особенность ювенальной юстиции в Финляндии. Предпочтению могут отдать новой семье или даже приюту, поскольку родитель — просто опекун, не более, пояснил Бекман.

Кстати, о пробуксовке системы неоднократно говорили не только правозащитники, но и финские чиновники. Обеспокоенность высказывали в связи со сроками рассмотрения заявлений, рабочей нагрузкой и уровнем подготовки персонала. Отдельно говорили о проблеме необоснованных обвинений. Так, в 2014 году исследователи университета Академии Або заявили, что каждое второе подозрение в сексуальном насилии по отношению к детям оказывается беспочвенным. И это лишь капля в море.

Фотографии предоставлены globallookpress.com.

В Хабаровск вернулся Денис Лисов с тремя дочерьми. За историей, которая напоминает сценарий остросюжетного триллера, пристально следила вся страна. Обвинения в похищении своих же детей, тайный побег в Польшу, ожидание правосудия и, наконец, возвращение домой после двух лет борьбы.

О том, что переезд на ПМЖ в Европу обернется кошмаром, Лисовы не подозревали. Денис, его жена Татьяна и старшая дочь уехали в Швецию 7 лет назад, но получить вид на жительство с первого раза не получилось. Вторую попытку предприняли после рождения еще двух дочерей, но тут все пошло под откос. Супруга тяжело заболела и угодила в клинику, а социальные службы Швеции забрали у нее дочерей. Отца в роковой момент не было рядом.

Читайте так же:  Доверенность на ребенка жить за границей

Андрей Гринёв, друг семьи Лисовых: «Когда у него отобрали детей, он был на работе, работал за 300 км от места жительства. Рядом найти работу ему как нелегалу сложно. Когда он вернулся домой, все — детей нет».

Возвращать детей родному отцу работники шведской ювенальной юстиции отказались. Девочек власти отдали на воспитание семье выходцев из Ливана, исповедующих ислам. стресса у дочерей появились проблемы со здоровьем, и Дмитрий решился на отчаянный шаг. Втайне от приемной семьи он вывез детей из Швеции.

Денис Лисов: «Я понимал, что до совершеннолетия я их не заберу. А время идет. Дети растут. Язык стали забывать. Да и вообще это ненормально: почему моих детей должны воспитывать чужие люди?»

Весной 2019 года Дмитрия с дочерьми задержали на границе в аэропорту Варшавы, когда они вместе пытались улететь в Россию. Швеция возбудила против россиянина уголовное дело и потребовала у Польши его экстрадиции.

Однако польский суд неожиданно принял сторону отца. Лисова официально не лишили родительских прав, тогда как права детей, как сказано в приговоре, шведы нарушили минимум дважды: безосновательно разлучили девочек с родным дееспособным отцом и отдали их на воспитание людям с другими культурными ценностями.

3 ноября Дмитрий с дочерьми прилетел в Москву, а 9 ноября семья благополучно добралась до Хабаровска. Встреча в аэропорту с родственниками и друзьями была весьма эмоциональной.

Дочерей Лисовых вывели через отдельный выход, чтобы лишний раз их не тревожить. По словам Дмитрия, чтобы начать жизнь с чистого листа, ему нужно устроиться на работу. По образованию он железнодорожник, а на подработках в Швеции освоил профессию строителя. Будущие поездки на заграничный отдых с детьми теперь придется тщательно планировать.

Денис Лисов: «Международный розыск — я так в нем и остался, в Европу мне и детям ехать опасно, потому что меня арестуют, а детей могут поместить обратно в эту семью».

Среди встречающих были и чиновники регионального правительства. Семье Лисовых они пообещали помочь с пропиской, оформлением родительского капитала и устройством дочерей в детский сад и школу.

4.6. Ювенальная юстиция в Швеции

Шведская судебная система включает суды двух видов: местные суды, которые разрешают уголовные и гражданские дела, и местные административные суды, которые разрешают жалобы граждан на действия административных органов власти.

местных судов и 22 местных административных суда. В Стокгольме и его окрестностях — 7 местных и 1 административный суд. В каждом местном суде работает не менее одного судьи, который специализируется по делам несовершеннолетних.

[2]

В системе профилактики Швеции действуют 32 ювенальных центра и Национальный совет, который руководит этими центрами. Они осуществляют открытые и закрытые программы, в которые молодежь вовлекается после принятия решения местного суда или местного административного суда. В Швеции нет социальных приютов и детских домов. Местные сообщества — коммуны — благодаря программе социального обслуживания покупают места в частных учреждениях для лиц, требующих лечения или определенного пребывания- Кроме того, организуются общественные центры со своим собственным помещением и режимом. Отдел по социальному обеспечению муниципального образования — коммуны контролируют эти частные или общественные организации.

Вся система ювенальной юстиции базируется на службе социальной защиты как всего населения, так и конкретно детей. В соответствии с Законом Швеции о службе социальной защиты (1980:620) общегосударственная служба социальной защиты обеспечивает: экономическую и социальную защищенность людей; равенство в условиях их жизни; активное участие каждого человека в жизни общества; работу с детьми. В последней сфере она прежде всего руководствуется соображениями блага ребенка, исходит из желаний ребенка, учитывая при этом его возраст и степень зрелости, чтобы лети и молодежь вырастали в безопасных и благоприятных условиях, ^обращает особое внимание на тех детей и подростков, в развитии которых наблюдаются негативные проявления, обеспечивает им защищу и поддержку, удовлетворение потребностей и уход во время обуче- шя в школе.

Каждая коммуна (низшее звено в муниципальной администра- ивной власти) несет ответственность за деятельность службы социальной защиты на своей территории, создает для это необходимые учреждения и формирования и финансирует их деятельность в отно- нении несовершеннолетних. Закон (1990:52) устанавливает особое іоложение об уходе за несовершеннолетними. Предоставление социальных услуг детям и молодежи происходит с согласия конкретно- X) несовершеннолетнего и его опекуна на основании Закона о социальной службе (1980:620). Однако лицо от 18 до 20 лет, когда оставление его дома чревато нанесением ущерба его здоровью или развитию, ножет быть направлено на уход по решению суда. А когда имеется )пасность для здоровья несовершеннолетнего, социальная комиссия коммуны вправе принять решение о немедленном взятии на попечение лица в возрасте до 20 лет. Социальная защита может быть оказана коммуной любому несовершеннолетнему по его заявлению.

* Кроме того, коммуна несет полную материальную ответственность за последствия правонарушающего поведения несовершеннолетнего, а потому напрямую заинтересована в снижении правонару- йаемости путем осуществления социального контроля не только через службы социальной защиты, но и через общественные формирования, которые следят за обеспечением детей дошкольны ми воспитательными учреждениями и полнотой охвата школьными образовательными учреждениями, затем, чтобы дети в течение всего рабочего времени родителей находились под присмотром педагогов, воспитателей, чтобы не допускалось их свободное времяпрепровождение на улице. При наличии в семье конфликтов и возникновении у ребенка необходимости пожить вне семьи, он может бесплатно воспользоваться местом в гостинице, общежитии.

Видео (кликните для воспроизведения).

Таким образом, система ювенальной юстиции — это совокупность мероприятий по социальной защите несовершеннолетних, по установлению социального контроля за их поведением, по обеспечению всеобщего воспитания и образования, которое исключает беспризорность и безнадзорность детей, а также по материальному обеспечению нужд и потребностей воспитательного и образовательного процесса. Все эти мероприятия осуществляются на муниципальном уровне (коммуна) по месту жительства детей, их родителей, родственников и по месту расположения органов ювенальной юстиции.

Источники

Литература


  1. Научно-практический комментарий к Федеральному закону «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц». — М.: Проспект, 2013. — 156 c.

  2. Штерн, С НАЛОГОВЫЕ АГЕНТЫ. Проблемы статуса и практики; Юркафе, 2012. — 112 c.

  3. Попов, В. Л. Курс лекций по судебной медицине / В.Л. Попов, Р.В. Бабаханян, Г.И. Заславский. — М.: ДЕАН, 2016. — 400 c.
  4. 20 лет Конституции Российской Федерации. Актуальные проблемы юридической науки и правоприменения в условиях совершенствования российского законодательства. Четвертый пермский международный конгресс ученых-юристов (г. Пермь, 18-19 октября 2013 г.): моногр. . — М.: Статут, 2014. — 643 c.
Ювенальная юстиция в швеции
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here