Закон о домашнем насилии во франции

Убийственная разница

В Москве и в Париже прошли митинги, посвященные проблеме домашнего насилия

Сюжеты

сб, 23 нояб. 2019 23:22:00

В субботу, 23 ноября, в Москве и в Париже состоялись митинги, посвященные проблеме домашнего насилия. Только в Париже 49 тысяч человек митинговали, требуя усилить борьбу с этим позорным явлением, жертвами которого во Франции ежегодно становятся более ста женщин, а в Москве — «православные» активисты, наоборот, вышли против принятия в России закона о домашнем насилии.

Конечно, в Москве, в парк «Сокольники», на митинг против принятия закона «О семейно-бытовом насилии», организованный «православным движением» «Сорок сороков», пришли всего около ста человек. Но важно не то, сколько человек пришли на это мракобесное мероприятие (иначе ведь трудно охарактеризовать активизм людей, выступающих против принятия закона, наказывающего за насилие и убийство?). Важно то, что в нашей стране, в отличие от тех стран, где проведение оправдывающего насилие митинга трудно представить, до сих пор не было ничего хоть отдаленно напоминающего сегодняшнюю парижскую акцию протеста.

Во Франции акции прошли еще в тридцати городах.

Во главе огромной парижской колонны, которая шагала под дождем от площади Оперы до площади Нации, были актрисы Мюриэль Робен, Александра Лэми, Анн Ришар, Жюли Гайе, экс-министр образования Нажат Валло-Белькасем, телеведущая Дафне Бюрки…

Люди кричали: «Государство виновно! Правосудие — сообщник!» и «Ни одной больше»!

Une des nombreuses banderoles dans le cortège qui s’étend du début du bd des Italiens jusqu’à la place de l’Opera. #noustoutes pic.twitter.com/ERHJogPq5J

В этом году, по подсчету AFP, во Франции жертвами семейного насилия стали уже 116 женщин, за весь прошлый год — 120.

Более 200 тысяч женщин, по официальным данным, ежегодно становятся жертвами побоев и сексуального насилия со стороны мужей и сожителей.

И несмотря на то, что президент Макрон объявил борьбу с насилием против женщин одной из главных задач своего правления, она до сих пор ведется неэффективно, напоминали сегодня плакаты на митинге.

Об этом также говорит и недавнее расследование газеты «Монд».

Журналисты исследовали все 120 французских уголовных дел о гибели в результате домашнего насилия в 2018 г. и выяснили, что «как минимум каждая третья» женщина обращалась в полицию с жалобами на своего мужа или сожителя, но не получила защиты.

Тяжесть проблемы признают и власти: в начале сентября премьер-министр Эдуар Филипп начал общенациональные консультации по проблеме семейного насилия.

Результаты консультаций — то есть, объявление новых мер, ожидается в ближайший понедельник, 25 ноября.

Это, к слову, — объявленный ООН Международный день борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин.

На сайте ООН есть «дорожная карта» под названием «16 шагов к тому, чтобы покончить с насилием в отношении женщин» (.pdf).

Вторым пунктом идет такая задача: «Принять и обеспечить применение законов… чтобы положить конец безнаказанности, привлечь к ответственности виновных в совершении насилия в отношении женщин и девочек и обеспечить женщинам компенсации и восстановление после совершенного в отношении них насилия».

Читайте также

Россия отказывается признавать, что женщин бьют в семьях. Что об этом думает Рита Грачева?

В России, где в 2017 году побои в семье вывели из-под уголовной ответственности, сегодня еще и угрожают авторам законопроекта «О семейно-бытовом насилии».

Во Франции людей на улицы сегодня позвали более 70 правозащитных организаций и профсоюзов, ведущие политические партии, многие представители шоу-бизнеса.

статистика

В России, как сообщает агентство ТАСС, не существует четкой статистики на этот счет, но известно, что «число женщин, пострадавших от преступлений, сопряженных с насильственными действиями в отношении члена семьи, составило в 2018 году 23,5 тыс. человек». Газета The Moscow Times со ссылкой на «официальные источники» пишет о 12 тысяч погибших в год. Похожие цифры — от 10 000 до 14 000 — каждый год называли различные международные правозащитные организации, а также Фонд ООН в области народонаселения.

А в России в нынешнем октябре 180 региональных «православных» и «родительских» организаций обратились к президенту Владимиру Путину, потребовав не принимать закон. Так и написали в заголовке (с восклицательным знаком): «Мы против принятия Закона о профилактике домашнего насилия!».

Эти господа против, но не вся же страна — вместе с ними?!

В письме, кстати, говорится: закон о борьбе с семейным насилием «станет инструментом коренного и насильственного изменения самих основ российского общества, уничтожения наших традиционных семейных и нравственных ценностей».

Противники «насильственного изменения основ российского общества» также сообщают президенту России: «В Интернете раскручивают основанную на ложных данных петицию в поддержку принятия закона, создавая видимость «народной» поддержки. Тиражируется просьба «более 70 правозащитных организаций» о необходимости принять указанный закон».

Выходит, и у нас, как и в Париже, за права женщин и детей борются «70 правозащитных организаций»?

Спасибо нашим «православным», что хоть сообщили.

А петицию, кстати, можно подписать здесь.

Во Франции, к слову, тоже подписывают такие петиции, но это не избавляет общество от необходимости громко высказываться на улице.

Наталья Данилова, специально для «Новой газеты»,
Париж

Охранные ордеры, тюремные сроки преступникам и центры помощи жертвам: как с домашним насилием борются за границей

Пока в нашей стране не принят соответствующий законопроект, мы решили рассмотреть, как регулируется проблема домашнего насилия в других странах. В частности, в США, Франции, Германии и Австралии.

После прохождения курса терапии над виновным вновь состоится суд, который постановит: следует ли отпустить его на волю или приговорить к реальному тюремному сроку (в случае, если он так и не раскаялся в содеянном). Если преступник выходит на свободу и совершает насильственные действия повторно, то приговор будет лишь один – тюрьма. Конечно, законы о домашнем насилии немного отличаются в разных штатах, но механизм противоборства таким преступлениям обычно действует серьезно, согласно предписанному протоколу.

В европейских странах к проблеме также относятся с особым вниманием. В Германии существуют службы психологической поддержки для жертв семейного насилия и более 300 центров социальной помощи, где женщинам помогают оформить документы на государственное пособие, найти юриста, работу и новую квартиру. Их обидчиков наказывают реальными тюремными сроками (1-3 года за легкие телесные повреждения и до 10 лет за причинение тяжкого вреда здоровью). Во Франции законы в области домашнего насилия еще суровее: так, например, после обращения жертвы в полицию ее предполагаемому обидчику запрещается приближаться к ее дому (даже если его вина еще не доказана). При этом под определение семейного насилия попадает не только причинение физических увечий, но и «издевательства путем ухудшения качества жизни, нанесение вреда психическому здоровью человека». Максимальное наказание за подобное преступление может достигать трех лет лишения свободы.

Читайте так же:  Заявление об отказе прав на детей

В Австралии о проблеме домашнего насилия впервые заговорили после Второй мировой войны, а в 1970-х открылись первые центры помощи для жертв. В 1975 году был принят Закон о семье, который гарантировал защиту пострадавшим от насилия в семье. Ежегодно в этом государстве выделяются десятки (а иногда и сотни) миллионов долларов на открытие новых центров помощи и развитие мер защиты жертв. А в этом году правительство Австралии утвердило новые поправки к закону о домашнем насилии, запрещающие въезд в страну лицам, ранее осужденным за насильственные действия. Иностранным гражданам, которые проживают на территории Австралии и имеют соответствующие обвинения, аннулируют визу и депортируют их из страны.

Во Франции стартовала общенациональная кампания против домашнего насилия

Франция является одной из стран Евросоюза, где домашнее насилие наиболее распространено. Сегодня, 3 сентября в стране стартовала общенациональная кампания по привлечению общественного внимания к этой проблеме, передаёт Международное французское радио (RFI).

Кампания проводится под патронажем госсекретаря по вопросам равенства между женщинами и мужчинами Марлен Шьяппа, но инициаторами выступила общественная организация «Коллектив близких и родственников женщин, ставших жертвами насилия».

С 2014 года во Франции работает специальная телефонная линия, 3919, позвонив на которую женщины, являющиеся жертвами домашнего насилия, могут получить квалифицированную психологическую или юридическую помощь. 3 сентября 2019 года этот номер можно было увидеть на всех рекламных щитах во Франции, а также на государственных телеканалах.

Представители правительства Франции, включая госсекретаря Марлен Шьяппа, министров юстиции Николь Белубе и внутренних дел Кристофа Кастанера, провели во вторник дебаты с участием ассоциаций, защищающих права женщин-жертв насилия. Однако большинство ассоциаций, занимающихся защитой прав женщин, считают, что в стране делается недостаточно для борьбы с домашним насилием.

«Нужно, чтобы общество поменяло отношение к женщинам — жертвам насилия. Когда женщина рассказывает о насилии в полиции или социальным работникам, то ей надо верить. Закон, позволяющий защищать женщин, существует. Существуют меры по защите женщин, даже если они не подают официальную жалобу. А если подают, то судья может вынести решение о принудительном выселении мужа-насильника из дома. Такой закон существует. Кроме этого, для женщин, ставших жертвами насилия, постоянно работает телефонная линия, и не надо бояться туда звонить. Но проблема состоит в том, что все эти законодательные меры сегодня недостаточно применяются», — говорит Эрнестин Рене, председатель ассоциации по мониторингу фактов насилия против женщин в департаменте Сена-Сен-Дени.

По статистике, только 19% женщин Франции, ставших жертвами домашнего насилия, решаются подать жалобу в суд. Остальные 81% считают, что общество их не услышит.

Начатая 3 сентября общенациональная кампания ни к чему не приведет, если на правительственном уровне не будет проведена настоящая реформа, считает депутат от Социалистической партии Франции Валери Рабо.

«Сегодня проблемами насилия против женщин занимается сразу несколько министерств. И как вы можете себе представить, при таком распределении работы никто не несет окончательной ответственности, никто не отвечает за результат. Например, работа специальной телефонной линии 3919: около четверти телефонных звонков от женщин, то есть 25% просьб о помощи просто никак не рассматриваются. Поэтому я считаю, что государство должно создать единую службу, которая занималась бы проблемой насилия против женщин. Кроме этого, необходимы дополнительные средства», — сказала парламентарий.

На сегодняшний день французское государство выделило 79 миллионов евро на борьбу с насилием против женщин. Правозащитные организации считают, что необходимо, как минимум полмиллиарда евро, отмечает RFI.

Опубликован законопроект о домашнем насилии в России. Что с ним не так?

Поделиться сообщением в

Внешние ссылки откроются в отдельном окне

    [3]

    Внешние ссылки откроются в отдельном окне

    Совет Федерации опубликовал свой проект закона о профилактике семейно-бытового насилия. Эта версия не понравилась инициаторам принятия закона о домашнем насилии. Чем же именно?

    Франция

    Во Франции , как и в других странах Европы, феминистское движение набрало силу в конце 1970-х. Тогда женщины боролись за три направления: правовое определение изнасилования, признание сексуальных домогательств на рабочем месте преступлением и борьбу с насилием в семье.

    В 1976 году феминистки начали обращаться в суды с требованием признать изнасилование уголовным преступлением. В 1980 году в уголовном кодексе Франции сексуальное насилие определили как посягательство на отдельных лиц вместо посягательства на общественную мораль. А уже в 1992 году насилие над супругами квалифицировали как отягчающее обстоятельство, а домогательство на рабочем месте — как уголовное преступление.

    Самым важным шагом на пути к закону о домашнем насилии стало исследование Enveff, проведенное в 2000 году под руководством социодемографа Мэрис Джаспард. Оказалось, что каждая десятая женщина во Франции является жертвой домашнего насилия и только в год исследования было совершено свыше 50 тысяч изнасилований. Цифры распространялись в СМИ, а жертвы выступали с рассказами о пережитом насилии. Эта практика изменила и сам статус жертвы — в отделениях полиции и больницах были разработаны методики взаимодействия с пострадавшими.

    В ноябре 2018 года около 30 тысяч французов вышли на митинг, организованный #NousToutes (реакция Франции на #MeToo, прим. ТД) — феминистским движением, которое призвало положить конец всем формам насилия над женщиной.

    Сегодня французы защищены одним из самых суровых законов о домашнем насилии, максимальное наказание за которое предусматривает до трех лет лишения свободы и штраф 45 тысяч евро. Кроме того, обвиняемому запрещается приближаться к предполагаемым жертвам и их дому независимо от того, была ли доказана его вина.

    Что предлагают сенаторы

    Согласно тексту, опубликованному на сайте верхней палаты российского парламента, под семейно-бытовым насилием имеется в виду умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и психического страдания. Под защиту должны попасть супруги, бывшие супруги, родители детей, близкие родственники.

    Полиция, прокуратура, другие органы власти и местного самоуправления должны, согласно проекту, заняться профилактикой домашнего насилия. Основанием для профилактики может стать либо заявление человека, подвергшегося семейно-бытовому насилию, либо заявление других людей, которым стало известно о насилии.

    Основным принципом профилактики при этом названа «поддержка и сохранение семьи», а также «добровольность получения помощи лицами, подвергшимися семейно-бытовому насилию».

    Если факт насилия установлен, выносится защитное предписание, сказано в проекте. Для этого нужно согласие жертвы или ее законного представителя. Нарушителю будет запрещено вступать в контакты с жертвой, в том числе по телефону и интернету, а также предпринимать попытки выяснить место пребывания жертвы.

    Если эти запреты нарушены, полиция обращается в суд за судебным защитным предписанием, которое позволит выселить нарушителя (если есть куда, уточняется в законопроекте).

    Читайте так же:  Поменять инн через госуслуги при смене фамилии

    Новый законопроект о профилактике домашнего насилия: мнения противников и защитников

    Напомним, сегодня в России домашнее насилие не считается уголовным преступлением. Как постановил документ, подписанный президентом в 2017 году, побои в отношении родственников или сожителей рассматриваются как административное правонарушение (если инцидент произошел впервые). Декриминализация домашнего насилия вызвала бурную общественную реакцию и волну осуждения – особенно на фоне отчета Федеральной службы государственной статистики, опубликованной в 2016 году: согласно ей, за прошедший год в России от насилия в семье пострадали 16 миллионов женщин (то есть, каждая пятая жительница страны). Эта цифра действительно шокирует, хотя и не может считаться абсолютно достоверной, ведь многие пострадавшие просто боятся приходить в полицию или не видят в этом никакого смысла.

    В ноябре этого года Совет Федерации опубликовал новый проект закона о профилактике семейно-бытового насилия, однако документ подвергся бурной критике социальных активистов и правозащитников. «Мы с соавторами ознакомились с предложенной редакцией Совета Федерации. Я, например, в тотальном ужасе, – написала в Facebook активистка и один из авторов проекта Алена Попова. – Начиная от цели закона: “сохранять семью”, а не защищать жертву, заканчивая “содействовать применению сторон”». Представители РПЦ также остались недовольны новым проектом, но совсем по другой причине: по их словам, положения закона угрожают семейным ценностям и противоречат Конституции РФ. 8 декабря стало известно, что депутаты Госдумы и правозащитники подготовили поправки к документу. Они предложили отнести к домашнему насилию побои и причинение вреда здоровью, запретить виновным приближаться к жертве на расстояние ближе 50 метров и ужесточить наказание за повторные нарушения (год тюрьмы вместо исправительных работ). В данный момент обсуждение новых поправок продолжается.

    Security Check Required

    Однако внезапно выяснилось, что у законопроекта о профилактике домашнего насилия есть противники не только среди РПЦ, но и обычных граждан страны, в том числе – женщин. В конце ноября несколько сотен москвичей вышли на согласованный митинг в парке «Сокольники». Участники мероприятия заявили, что новый закон подрывает основы института брака, и выразили опасение, что в случае его принятия органы опеки будут забирать детей из нормальных семей. Свой протест активисты подкрепили плакатами «Семья самое безопасное место на Земле» и «Я против закона СБН».

    «То, что у нас проходят митинги против принятия закона о профилактике домашнего насилия, только доказывает, что в нашем обществе все еще царит патриархат, и мнение РПЦ это подтверждает, – комментирует сложившуюся ситуацию Виктория Данильченко. – К сожалению, пресловутого гендерного равенства в России нет. В отличии, кстати, от цивилизованных стран, в которых существует специальный закон о домашнем насилии. А у нас по-прежнему очень сильны стереотипы и мифы о том, что это “дела семейные, а сор из избы не выносят”, что женщина сама виновата или же женщина сама спровоцировала».

    Видео (кликните для воспроизведения).

    «И все же есть большие шансы изменить эту ситуацию, – добавляет юрист. – И хотя закон о домашнем насилии пытаются сделать неработоспособным, его сторонники, в том числе и я, будем бороться за принятие его в максимально рабочем виде».

    Индия

    Проблема насилия в Индии очень парадоксальна: помимо того что насилие над женщиной — одна из главных проблем в стране, эта тема и самая табуированная. Патриархальная форма социальной организации, четкая граница между общественной и частной жизнью и до сих пор существующие касты сделали борьбу с домашним насилием очень трудной и полной нюансов.

    Еще с начала 1920-х индийское женское движение пыталось привлечь внимание к тяжелому положению женщин, но единственной задачей правительства была борьба с британским империализмом. Даже известный гуманист Махатма Ганди призывал женщин «прекратить борьбу за право голоса и сконцентрироваться на помощи мужчинам против общего врага».

    В 1971 году по рекомендации ООН индийское правительство назначило комитет по положению женщин для оценки их конституционных, правовых и административных прав. С этого момента возобновляется активная работа феминистского движения. Сотни историй об изнасилованиях и убийствах стали регулярно освещаться в СМИ. Самым известным было дело об изнасиловании в 1972 году девушки из Матхуры, совершенном полицейскими.
    Обвиняемые по делу получили оправдательный приговор на основании того, что жертва не имела видимых следов насилия и, возможно, могла сама быть не против секса с полицейскими. Начались общенациональные протесты женщин, а на имя председателя верховного суда Индии было отправлено открытое письмо с осуждением решения, вынесенного судом. Это повлекло за собой квалификацию жестокого обращения с женами как уголовного преступления с наказанием в виде лишения свободы сроком до пяти лет, которое не предполагает освобождение под залог.

    Несмотря на успех протестов, закон раскритиковали за отсутствие точного определения термина «жестокость» и методики, по которой власть должна работать с жертвой. Более того, из-за моральных предрассудков и веры в нормальность бытового насилия большинство обвинений так и не было доказано — из 100 дел только по двум обвиняемые были осуждены.

    Кампания национальной комиссии по делам женщин за принятие нового закона продолжалась более 10 лет, а в ее работе участвовало свыше 1,6 тысячи правозащитниц, пока в 1994 году не был принят первый проект гражданского закона о насилии в семье, превративший табуированное бытовое насилие в одну из важнейших проблем индийского общества. Через восемь лет произошло то, что можно сравнить с декриминализацией побоев в России , — вместо обещанного закона правительство внесло законопроект, направленный на сохранение структуры семьи. Под давлением общественного мнения он был отклонен, а действующее правительство вскоре распалось. Новый кабинет министров принял закон о защите женщин от насилия в семье (PWDVA) в 2005 году. Он вступил в силу 26 октября 2006 года и стал первым в истории Индии законом, охватывающим насилие всех форм и во всех формах отношений.

    Дело доцента Соколова

    «Трагедии сестер Хачатурян и студентки Анастасии Ещенко, которую убил профессор Олег Соколов, на мой взгляд, объединяет наличие психических отклонений у агрессоров, – комментирует Виктория Данильченко. – Михаил Хачатурян перед смертью вернулся после лечения в психбольнице, а про Соколова многие знакомые и студенты говорят, часто его поведение было, мягко говоря, неадекватным. Поэтому, наверное, у жертв в этих историях было мало шансов на счастливую жизнь – рядом с психбольными она просто невозможна».

    Дело сестер Хачатурян

    Летом прошлого года полиция арестовала трех сестер по подозрению в убийстве их собственного отца. В ходе судебных слушаний Крестина, Ангелина и Мария Хачатурян не только полностью признали свою вину, но и дали следствию дополнительные показания, которые проливают свет на истинные мотивы этого преступления. Сестры заявили, что отец неоднократно издевался над ними: избивал, угрожал оружием и склонял к действиям сексуального характера. Эти факты были впоследствии подтверждены медицинскими экспертизами и показаниями свидетелей. Однако суд отказался возбуждать уголовное дело в отношении их отца в связи со смертью подозреваемого. В июне 2019 года сестрам Хачатурян предъявили обвинение в убийстве группой лиц по предварительному сговору, что грозит им сроками от восьми до 20 лет в колонии.

    Читайте так же:  Уголовка за неуплату алиментов

    «В деле сестер Хачатурян мне очень жаль девочек, – говорит специалист по семейному праву Виктория Данильченко. – Допускаю, что у них не было другого выбора. Многолетнего физического, психического, сексуального насилия даже взрослый человек может не выдержать. Что уж говорить о девочках-подростках, которые прожили в таком аду практически всю сознательную жизнь. Не зря ведь они, оказавшись в тюрьме, говорили, что даже заключение в сравнении с прошлой жизнью не кажется таким страшным. Ужасно то, что окружающие знали о происходящем – соседи, родственники, школа, друзья. Но все боялись Михаила Хачатуряна. А девочки тем временем продолжали подвергаться домашнему насилию. Но все же, согласно Уголовному кодексу РФ, они совершили убийство. Думаю, что совсем избежать наказания не удастся. Но я надеюсь, что оно будет максимально мягким с учетом всех обстоятельств этого дела».

    В защиту сестер Хачатурян выступили многие активисты и правозащитники, а также была создана петиция, требующая принятия закона против домашнего насилия. На момент написания статьи ее подписали 895 тысяч человек. В Instagram был запущен флешмоб #ЯНеХотелаУмирать, в рамках которого более 12 тысяч женщин поделились личными историями и призвали поддержать законопроект. К акции присоединились многие знаменитости, что позволило привлечь внимание широкой общественности к проблеме. Однако флешмоб так и не вырос до масштабов американского #MeToo – возможно, потому что женщины в России все еще не готовы публично говорить о домашнем насилии и своих страхах.

    Чем недовольны критики

    Авторы появившегося ранее проекта закона о домашнем насилии раскритиковали опубликованный Советом Федерации вариант.

    «Мы с соавторами ознакомились с предложенной редакцией Совета Федерации. Я, например, в тотальном ужасе. Начиная от цели закона — «сохранять семью», а не защищать жертву, — заканчивая «содействовать примирения сторон», — написала в «Фейсбуке» активистка Алена Попова, соавтор законопроекта о профилактике домашнего насилия.

    Мы с соавторами ознакомились с предложенной редакцией Совета Федерации. Я, например, в тотальном ужасе. Начиная от цели.

    Конец Facebook сообщения , автор: Alena

    Депутат Госдумы Оксана Пушкина, еще один соавтор, обратила внимание на то, что в предложенной редакции полностью исключаются из-под действия закона все виды физического насилия — побои, причинение вреда здоровью, потому что они содержат в себе признаки других правонарушений или преступлений.

    «Эта редакция не просто урезанная и сокращенная, она еще и во многом юридически безграмотная. Это результат заигрываний Совфеда с разного рода радикальными консервативными группами. И это плохо!» — написала в «Фейсбуке» адвокат Мари Давтян.

    «Эта редакция не согласовывалась с нами, хотя я член рабочей группы при Совфеде», — возмутилась юрист.

    «Мы с соавторами тоже ознакомились с новой предложенной редакцией Совета Федерации. И есть моменты, с которыми мы принципиально не согласны», — сказала Би-би-си депутат Пушкина. По ее словам, особое внимание стоит уделить санкциям за несоблюдение защитного и судебного защитного предписания.

    «Предложенные меры, как показала практика после декриминализации побоев, безрезультативны. Очередное бремя административной ответственности [штрафов] отразится на семейном бюджете, а соответственно и на жертве», — сказала она, добавив, что отправит свои предложения в Совет Федерации.

    «Работа продолжается», — резюмировала депутат.

    Почему исключается физическое насилие

    Главное, что не нравится критикам, это то что понятие семейно-бытового насилия, используемое в документе, исключает из-под действия закона все виды физического насилия, такие как, например, побои.

    Семейно-бытовое насилие, как следует из законопроекта, — это деяние, «не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления». Но дело в том, что из-за декриминализации в 2017 году побоев в семье, совершенных впервые, они как раз подпадают под административное правонарушение.

    «В подобной формулировке понятия «семейно-бытовое насилие» проект закона теряет вообще всякий смысл», — считает Давтян.

    Первым пунктом при перечислении принципов профилактики семейно-бытового насилия в документе значится «поддержка и сохранение семьи», поэтому Попова делает вывод о том, что законопроект направлен на примирение сторон и урегулирование конфликта. По ее же мнению, стоит сконцентрироваться на защите жертвы.

    Помимо этого, отмечают критики, нужно распространить действие закона и на лиц, которые сейчас или раньше вместе жили и вели совместное хозяйство, ведь до 12% семей живут в незарегистрированном браке, а почти 30% семей, по их данным, проживали совместно до заключения брака.

    Есть претензии и к пункту о защитном предписании. В проекте сказано, что оно выносится с согласия лиц, подвергшихся насилию, или их законных представителей. Но его можно выносить и без его согласия, считают правозащитницы, если есть основания полагать, что человек «находится в состоянии зависимости от нарушителя или испытывает страх ввиду нахождения в психотравмирующей ситуации».

    Опубликованный Советом Федерации законопроект предполагает, что защитное предписание запретит агрессору общение любыми способами с тем, кто подвергся насилию, а также выяснять его местонахождение и снова совершать семейно-бытовое насилие.

    Нужно дополнить этот пункт запретом вступать в контакт через третьих лиц, посещать место проживания/пребывания пострадавшего, места его работы, учебы, лечения, а также приближаться к нему ближе, чем на 50 метров, считают Попова и Давтян.

    За нарушение защитного предписания законопроект предполагает штрафы и арест. «Такого рода санкции приведут к ошибке, которая уже была допущена при декриминализации побоев. Предлагаемая ответственность настолько ничтожна, что не будет являться сдерживающим фактором для правонарушителя», — уверена Давтян.

    Почему это важно

    Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть честной, смелой и независимой, станьте соучастником «Новой газеты».

    «Новая газета» — одно из немногих СМИ в России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Пять журналистов «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

    Как женщины в разных странах боролись за закон о домашнем насилии

    Сегодня закон о домашнем насилии принят в 127 странах, а охранные ордера предусмотрены в 124. В России , где пока только допускается введение уголовной ответственности за насилие в семье, столкнуться с ним, по данным ВЦИОМа, боится каждая вторая женщина.

    За принятие закона о домашнем насилии борются российское феминистское движение и правозащитники, создавая петиции и запуская флешмобы. Один из последних — флешмоб #ЯНеХотелаУмирать, в котором приняло участие более 12 тысяч женщин. 4 августа в Санкт-Петербурге и 17 августа в Москве пройдут согласованные митинги в поддержку Крестины, Марии и Ангелины Хачатурян .

    [1]

    Накануне этих встреч «Такие дела» рассказывают истории четырех стран, где женщины боролись за закон о домашнем насилии и победили.

    Росгвардия наблюдает за девушкой, которая принесла цветы к Генпрокуратуре. Это акция в поддержку сестер Хачатурян Фото: Кирилл Каллиников /РИА Новости

    Читайте так же:  Дети малютки для усыновления

    В 1960-е американское феминистское движение приобретает массовый характер и привлекает внимание СМИ к проблеме домашнего насилия. С этого момента началось формирование национальных и местных правозащитных организаций, которые разрабатывали закон против насилия в семье.

    Главным противником закона был бывший председатель верховного суда США Уильям Ренквист . В 1990 году он и его сторонники утверждали, что принятие закона принесет большое количество семейных споров в федеральные суды и перегрузит систему делами, которые должны решать другие. Единственной судебной организацией, поддержавшей закон, была Национальная ассоциация женщин-судей (NAWJ). Ее участницы стали фактическими авторами закона и на протяжении четырех лет терпеливо ждали, когда Конгресс согласится принять его.

    В июле 1994 года американцев шокировала новость об убийстве изнасилованной семилетней жительницы Нью-Джерси Меган Канки. Убийцей девочки был ранее судимый за насильственные действия Джесси Тиммендекас. Переживая трагедию, сначала родители Меган, а затем и жители всего Нью-Джерси и других штатов потребовали от правительства обязательного включения лиц, совершивших насилие на сексуальной почве, в доступную каждому гражданину базу данных. В Калифорнии начались массовые демонстрации с целью выгнать из штата всех осужденных за сексуальное насилие. Люди расклеивали фотографии преступников и рисовали на их домах граффити с угрозами.

    Массовый протест активизировал работу Конгресса, и уже в сентябре Билл Клинтон подписал закон о насилии против женщин (VAWA), который расценивает любое домашнее насилие как уголовное преступление, независимо от родственных отношений и от иммиграционного статуса жертвы и насильника.

    Закон не раз признавался неконституционным, а в 2011 году республиканская партия приостановила его действие. За это на выборах в 2012 году больше половины избирательниц раскритиковали республиканцев и проголосовали против них. Под давлением общественного мнения закон был подписан вновь. Кроме того, были созданы национальная горячая линия, управление по вопросам насилия в отношении женщин и многочисленные программы подготовки адвокатов, сотрудников полиции, прокуроров и судей по вопросам насилия по признаку пола.

    Австралия

    После Второй мировой войны в Австралии впервые публично поднимается проблема насилия в семье. В 1970 году австралийское феминистское движение проводит в Мельбурне первую конференцию женщин-освободительниц, после чего в стране открываются центры и приюты для жертв насилия. Их сотрудники регулярно выступали с докладами, объединяя опыт жертв, и выявляли способы предотвращения домашнего насилия. В 1984 году правительство штата Виктория обратило внимание на проблему и приняло федеральный закон о дискриминации по половому признаку. Через три года в законе появилась поправка, которая гарантировала защиту жертвам домашнего насилия, а в 1991 году верховный суд Австралии дал женщине законное право отказываться от секса в браке. В общем, с 1997 по 2005 год правительство выделило 237 миллионов долларов на изучение, борьбу и профилактику домашнего насилия, а также на поддержку и защиту жертв.

    В 2014 году в Австралии началась волна протестов, связанная с убийством 11-летнего Люка Бэтти . Убийцей мальчика был его отец, находившийся тогда под арестом за насилие над бывшей женой и мамой Люка Рози . Вскоре после трагедии Рози Бэтти была на всех телеканалах страны, требуя принять срочные и долговременные меры по борьбе с насильниками. Ее фонд Luke Batty Foundation стал уникальной площадкой для жертв насилия, где каждый может высказаться и потребовать защиты своих прав. Уже через полгода бывший премьер-министр Австралии Малкольм Тернбулл выделил 100 миллионов долларов на новые меры защиты от домашнего насилия. В этот список вошло внедрение в национальную образовательную программу «уроков уважительного отношения». В 2015 году Рози Бэтти была названа австралийкой года.

    ЕСПЧ получил новую позицию властей РФ на жалобы пострадавших женщин

    Российское государство не должно нести ответственность в случаях семейно-бытового насилия, если вред был нанесен не должностными лицами, а частными. Такова позиция российских властей, отправленная ЕСПЧ как ответ четырем пострадавшим гражданкам. Их адвокаты указывали, что происшедшее с заявительницами являлось пытками,— а причиной их стало в том числе бездействие российских полицейских и правовой системы. Российские власти полагают, что если пытки совершали не сами полицейские, то государство не должно компенсировать материальный ущерб пострадавшим.

    Россия направила в ЕСПЧ последние возражения перед рассмотрением жалобы четырех заявительниц из России. Речь идет о Наталье Туниковой (гражданский партнер пытался сбросить ее с 16-го этажа; женщина, защищаясь, ударила его ножом и попала под суд), Маргарите Грачевой (бывший муж отрубил ей кисти рук), Елене Гершман (пережила девять эпизодов избиений со стороны бывшего супруга, суд дважды отказал ей в возбуждении уголовного дела), Ирине Петраковой (муж регулярно истязал и избивал ее, в том числе после развода). Они жалуются на неспособность властей защитить их от домашнего насилия и дискриминации. Заявительницы подчеркивают, что домашнее насилие в их отношении необходимо квалифицировать как пытки.

    Напомним, ранее Минюст в меморандуме для ЕСПЧ (см. “Ъ” от 19 ноября 2019 года) заявлял, что существующее законодательство эффективно, острой необходимости принятия специальных актов о насилии в семье нет, а в жалобе наблюдается дискриминация по отношению к мужчинам. После общественного возмущения в Минюсте допустили в случае необходимости возможность «дальнейшего совершенствования» законодательства. Тогда в ответ на этот меморандум представители заявительниц направили 80-страничный документ с анализом существующего в России законодательства (см. “Ъ” от 8 февраля). Они доказывали, что указанные Минюстом меры либо не применяются в реальности, либо относятся к другим преступлениям, либо оборачиваются финансовым и организационным бременем для самих жертв, а не для агрессоров.

    Теперь уполномоченный РФ при Европейском суде по правам человека — замминистра юстиции Михаил Гальперин — направил «некоторые новые аргументы» российского правительства. В документе отмечается, что согласно ст. 3 Конвенции о защите прав и свобод человека (запрещение пыток) государство не может нести ответственность за ситуации заявительниц, так как «страдания и травмы причинялись им в результате действий частных лиц (а не должностными лицами)». Также правительство отмечает, что «потерпевшие не имеют права оспаривать законность действий или бездействия полиции в ходе расследования в связи с привлечением к административной ответственности предполагаемого обидчика». Авторы ответа указывают, что для этого создана глава 22 КоАП — она предоставляет возможность подать административный иск о действии или бездействии полиции и провести для этого отдельный процесс.

    Россию снова ставят перед убийственными аргументами

    Старший юрист проекта «Правовая инициатива» Татьяна Саввина отметила, что в направленном адвокатами ответе на меморандум уже содержались отсылки к позиции Комитета ООН по правам человека, Комитета ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин, Комитета ООН против пыток, а также специального докладчика ООН по вопросам пыток: «Все эти органы признали, что серьезные случаи домашнего насилия могут быть признаны пытками в случаях, когда государство бездействовало и не защитило жертв от насилия со стороны частного лица».

    Читайте так же:  Образец согласия супруга на усыновление ребенка

    Она отметила, что ранее ЕСПЧ не признавал напрямую случаи домашнего насилия пытками, хотя «упоминал о «жестоком обращении», которое не соответствует ст. 3»: «Но сейчас мы попросили суд признать, что по делам наших заявительниц имели место именно пытки. Разница между пыткой и другими видами жестокого обращения в том, что пытка — это наиболее сильная его форма, самое сильное из возможных истязаний».

    “Ъ” узнал подробности проверки полицейских по жалобе Маргариты Грачевой за месяц до того, как экс-супруг отрубил ей руки

    Искалеченная Маргарита Грачева требует от государства возместить расходы на ее лечение. Однако правительство РФ заявило, что пострадавшим не может быть выплачена компенсация материального вреда (решения ЕСПЧ учитывают как моральный, так и материальный аспект) в рамках ст. 3 о пытках, так как вред им был причинен частным лицом. В подтверждение этой позиции правительство приводит дело «Михеев против России», решение по которому ЕСПЧ вынес в 2006 году. Тогда заявитель жаловался на пытки, которым сотрудники милиции подвергли его во время ареста — ему пришлось выпрыгнуть из окна, что закончилось переломом позвоночника. Заявителю было присуждено €130 тыс. в качестве компенсации материального ущерба и €120 тыс.— за моральный. Здесь российское правительство согласно с выплатой, поскольку видит причинно-следственную связь между действиями сотрудников государственной службы и наступившим вредом.

    «Очень жаль видеть такую позицию,— отмечает госпожа Саввина.— По сути, нам говорят, что конвенция и правовая система должны защищать людей от государства — но не должны защищать женщин и детей от насилия со стороны мужчин-агрессоров. В случае Маргариты Грачевой связь между бездействием полиции и ее инвалидностью очевидна».

    Соавтор закона о домашнем насилии пожаловалась в ФСБ из-за угроз

    Депутат Госдумы Оксана Пушкина обратилась к главе ФСБ Александру Бортникову из-за развернувшейся кампании по преследованию ее и других авторов законопроекта о домашнем насилии. Пушкина просит проверить информацию «с целью выявления заказчиков подобных акций» и принять меры.

    [2]

    Кроме того, депутат направила обращение на имя генерального прокурора РФ Юрия Чайки. Ранее Пушкина обратилась с просьбой проверить угрозы в адрес авторов законопроекта о домашнем насилии к главе МВД РФ Владимиру Колокольцеву.

    «Я человек публичный, я законодатель, я сегодня подвергаюсь такому сталкингу (вероятно, преследование. — EADaily ), с которым никому не советую сталкиваться. Это люди, которые преследуют нас, люди, которые конкретно мне угрожают, угрожают убийством, расстрелять. У нас рушится сайт Госдумы, в день против меня, как автора законопроекта, приходит по 200−250 писем одного и того же содержания, — сказала она на круглом столе, где обсуждалась проблема интернет-преследования. — Глобальная история незащищенности от Сети, этим надо заниматься, это наша информационная безопасность. Госдума и Совет Федерации подвергаются атакам ботов, это нормально? И мы все сидим. И только мы, авторы законопроекта, обратились в Федеральную службу безопасности».

    В письме на имя Бортникова Пушкина пишет, что подозревает тех же лиц и организации, которые причастны к нагнетанию ситуации вокруг фильма «Матильда».

    «Повторяющийся сценарий развития событий, с теми же действующими лицами. Смею предположить, что в обоих случаях речь идет о хорошо финансируемой, организованной коммуникационной модели, цель которой — подрыв законодательной деятельности, внесение смуты в стране, создание напряженной обстановки в обществе», — говорится в письме.

    Как сообщало EADaily, законопроект о домашнем насилии категорично осудила РПЦ. Накануне председатель Синодального отдела по взаимоотношениям церкви с обществом и СМИ Московского патриархата Владимир Легойда сказал, что законодатели, работающие над законопроектом о семейном насилии, должны принять во внимание мнение РПЦ. До него по теме высказался патриарх Московский и всея Руси Кирилл, заявив, что РПЦ выступает категорически против всякого насилия в семье, однако и против вторжения в ее дела извне. Об этом он говорил верующим на проповеди в Успенском соборе Московского Кремля.

    Бьет – не значит любит: как работают законы о домашнем насилии в разных странах (и почему в России такого нет)

    Согласно данным Организации Объединенных Наций, каждая третья женщина в мире подвергалась физическому или сексуальному насилию хотя бы раз в жизни. Несмотря на развитие феминистических движений и серьезные мировые достижения в борьбе за гендерное равенство, домашнее насилие все еще остается одной из самых острых проблем современности. Как показывают графики, имеющиеся в базе данных одного из крупнейших исследовательских проектов WomanStats, количество подобных инцидентов сильно разнится в зависимости от региона и уровня развития конкретной страны. Судя по результатам исследования 2014 года, менее защищенными чувствуют себя жительницы африканских, арабских и азиатских государств, а также наши соотечественницы. Именно в этих странах проблема домашнего насилия регулируется хуже всего (или не регулируется вовсе). На другом конце рейтинга оказались европейские государства, США, Канада и Австралия – там за насильственные действия в отношении женщин можно получить реальный тюремный срок. Конечно, даже в этих странах проблему нельзя назвать полностью решенной, но в этом направлении ведутся активные работы.

    На фоне последних событий в России мы решили выяснить, почему закон о домашнем насилии у нас все еще не принят, что объединяет дело сестер Хачатурян и доцента Соколова, и как работают законы о домашнем насилии в других государствах.

    История вопроса

    Впервые законопроект о домашнем насилии был внесен в Госдуму в 2016 году, но не прошел первое чтение.

    До 2017 года в статье 116 Уголовного кодекса России были указаны побои «в отношении близких лиц». Но такие побои в семье, совершенные впервые, вывели из-под действия УК и стали считать административным правонарушением.

    В последний год активизировалось обсуждение нового законопроекта о домашнем насилии. В Москве и Санкт-Петербурге прошли митинги и одиночные пикеты за принятие этого закона.

    Видео (кликните для воспроизведения).

    В ноябре на тему законопроекта высказался представитель Русской православной церкви Вахтанг Кипшидзе. По его словам, предлагаемые меры основываются на западном опыте борьбы с домашним насилием и могут негативно отразиться на институте семьи в России.

    Источники

    Литература


    1. Перевалов, В.Д. Теория государства и права / ред. В.М. Корельский, В.Д. Перевалов. — М.: Норма; Издание 2-е, испр. и доп., 2003. — 616 c.

    2. Подведомственность и подсудность дел судам и арбитражным судам. Судебная практика. — М.: Издание Тихомирова М. Ю., 2017. — 144 c.

    3. Теория государства и права. — М.: Форум, Инфра-М, 2008. — 624 c.
    4. Марченко, М.Н. Общая теория государства и права. Академический курс. В 3-х томах. Том 3 / М.Н. Марченко. — М.: Зерцало, 2002. — 696 c.
    Закон о домашнем насилии во франции
    Оценка 5 проголосовавших: 1

    ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

    Please enter your comment!
    Please enter your name here